Отныне я сам по себе. Пусть немного страшно, но я справлюсь. Не имею права не справиться.

Тем удивительнее был утренний визит отца и его заявление, что я хоть и глупец первостепенный, но всё равно его сын. Он надеется, однажды я образумлюсь и вернусь домой. Ну а пока он оставит императору, точнее герцогу Эрвейскому, четверых наших сильных и опытных магов, чтобы меня больше не дёргали по вопросам, связанным с Мраком и не подталкивали к опасности.

Неужели даже мой отец начал понимать, что политика изоляции и невмешательства в дела большого мира, принятая нашими давними предками, нынче стала глупостью? Демоны вводят в игру новые правила и опасность грозит всему миру. Сейчас не время для принципов и старых обид.

Или данный поступок продиктован нежданной заботой и беспокойством обо мне? Он ведь всерьёз надеется, что однажды я вернусь, разочаровавшись в самостоятельной жизни. Какое же его скоро ждёт разочарование…

Но стоило мне выйти на улицу и вдохнуть морозный воздух свободы, как все лишние мысли вылетели из головы. Осталась только радость от возможности идти куда захочется и заниматься чем нравится.

***

Принять решение о собственном будущем и признаться себе откровенно в своих желаниях, было непросто. Ещё сложнее оказалось воплотить это в жизнь.

Первым делом после заключения я направился искать Лейри. Всё же прошло четыре дня. Для меня ничего не изменилась, но вдруг передумала она? Ведь от задуманного безумия и у неё могут возникнут неприятности.

Не передумала. Была рада меня видеть, а у меня всё внутри сладко сжималось от удовольствия снова её обнимать и целовать. Мысль, что скоро она станет окончательно моей, вовсе вызывала состояние близкое к эйфории.

Увы, сделать задуманное было не столь просто. После «Мёртвой ночи» учащихся не выпускали в город. Пусть Кертер кишел военными и магами, прочёсывающими каждый уголок чуть ли ни на метр в глубину, администрация при поддержке властей, не желали рисковать.

А мне нужно было в город. Очень нужно. Всё подготовить, как положено. Браслет обручальный, браслеты брачные, платье для Лейри, с жрецом договориться. Кроме того, не хотелось сразу после женитьбы возвращаться в академию и нарываться на неприятности. Значит необходимо место, где мы сможем побыть только вдвоём.

Пришлось идти на поклон к куратору. Ожидаемо получил отказ. Он меня выслушал, после чего заявил, что все мои срочные дела подождут. Не та сейчас обстановка, чтобы лишний раз рисковать. Я истратил весь свой запас красноречия, пытаясь пояснить куратору, что я шоден, а значит изначально защищённее многих. Могу почувствовать опасность раньше любого классического мага, и умею уничтожать тварей Мрака. Кроме того, я подданный другого королевства и закрывать меня здесь они права не имеют. Бесполезно. Профессор Мошвелли слышать ничего не желал.

Оставалось только нанести визит ректору. Разочарованный в беседе с куратором, я уже не возлагал на будущий разговор особых надежд. Попутно обдумывал варианты побега с территории академии и с унынием признавал — потом повторить точно не удастся. Значит улизнуть мы с Лейри должны сразу вдвоём. Вот тебе и подготовился, чтобы хоть что-то было как положено…

Когда мне удалось пробиться к ректору, слушая ответ на свою просьбу я испытывал лишь изумление.

— Студент Карсианэ, вы же понимаете, что если я дам вам разрешение покинуть территорию академии и об этом прознают другие учащиеся, тут грянет настоящий бунт? — осведомился спокойно Эдман Доленс сцепив пальцы на столе и пытливо всматриваясь в моё лицо. — Многие не довольны запретом на выход несмотря на недавнюю катастрофу. Мы едва успокоили их, когда были вынуждены дать возможность покидать академию тем студентам, кто потерял всех родных и должны срочно вступить в наследство. Теперь вот вы, всеми силами рвётесь наружу, потому что у вас «срочное и важное дело». Правда думаете, это объяснение удовлетворит остальных? Каждый здесь убеждён, что ему просто необходимо в город и это не терпит отлагательств.

Спокойные слова, отсутствие категорического отказа, заставляли меня ошарашено хлопать глазами. В голове было слишком много мыслей, пришлось срочно вычленять самое важное.

— Я умею быть незаметным, ректор Доленс, — отозвался я. — Никто ничего не узнает. Вы только дайте мне возможность выйти.

Несколько секунд он сверлил меня задумчивым взглядом, потом испустил тяжёлый и усталый вздох.

— Неужели ваше срочное дело не может подождать? — спросил он.

— Не может, — произнёс с максимальной уверенностью. — В каком-то смысле это дело жизни. Потом может оказаться поздно.

Возможно, я сгущаю краски, но не хочу проверять своё утверждение практикой. Кто знает, на что может пойти отец, желая взять меня под контроль? Да и Лейри… Это чистой воды эгоизм, но я боюсь она может передумать. Решить, что слишком рано и знаем мы друг друга недостаточно. Это, конечно, так, только я уверен, женитьба на ней — именно то, чего я хочу. Всем сердцем и душой.

— Будь на вашем месте кто-то другой, студент Карсианэ, я бы и слушать его не стал, — отозвался ректор. — Но я знаю о вашей роли в недавнем спасении нашего горда, именно поэтому иду вам навстречу. Не подведите меня.

Получив заветный пропуск в виде метки на ауре, которая исчезнет сразу, как только вернусь в академию, я приступил к делу. Сначала предупредил Лейри, что какое-то время буду отсутствовать. Она уже достаточно за меня переживала, чтобы снова заставлять её нервничать на пустом месте. Пришлось отговориться, что не могу сказать, какие у меня за дела. Шоденские заморочки.