– Напрасно ты так поступил, я не поеду с тобой, – спокойно и холодно сказала она.

– А я не могу отпустить тебя одну.

– Не понимаю, в чем дело. Мне нужно съездить к родственнице. Верни вещи в багажник такси, – потребовала она.

Теперь они стояли лицом к лицу, и в их глазах было выражение яростной непримиримости.

– Я сам отвезу тебя, – настаивал Крис.

– И все же, мне лучше добраться туда на такси, – ледяным тоном ответила Николь.

– Мэм, если я вам не нужен, то мне бы лучше уехать, – осторожно напомнил о себе водитель.

– Пойми, мне надо с тобой поговорить, – тихо сказал Крис.

Над их головой в доме распахнулось окно. Николь подняла глаза и на третьем этаже увидела голову своей пожилой соседки, которая, как ей уже было известно, отличалась крайним любопытством.

Ситуация осложнялась. Она не могла отправиться с Крисом в Энсино прежде всего из-за Джонни. Недоставало еще, чтобы он узнал о ее самой сокровенной тайне. Но и оставаться здесь дальше, препираясь на виду у всех, было просто неприлично.

– В понедельник утром я вернусь, мы сможем встретиться в перерыве на ланч.

– Мой разговор с тобой не терпит отлагательства, – таинственно сообщил ей Крис на ухо. Он тоже заметил любопытную старушку.

Секунду поколебавшись, Николь решила, что проще сейчас отпустить такси и уехать отсюда поскорее. А по дороге она придумает, как ей избавиться от назойливого спутника. Извинившись перед шофером, она быстро нырнула на заднее сиденье спортивной машины Леонетти, где уже лежали ее сумки.

– Пересядь вперед, там тебе будет удобнее. – Крис уверенно взял ее за локоть и открыл перед ней дверцу.

Николь становилось все труднее сохранять ледяное самообладание. Прикосновение этого мужчины действовало на нее безотказно. Сознание того, что сейчас она снова окажется с ним в замкнутом пространстве, снова будет дышать его запахом, чувствуя каждой клеточкой своего тела его близость, заставило ее сжаться в комок.

– Пристегнись! – скомандовал тот и сел за руль. – Угадай, что я сейчас сделаю? – Он улыбнулся своей неотразимой улыбкой.

– Не смей! – вырвалось у Николь. Она резко отвернулась.

– Значит, ты угадала правильно. Но не будем радовать любопытных соседей зрелищем нашего поцелуя. – Крис засмеялся и включил зажигание.

Николь из-под ресниц оглядела его элегантный кремовый летний костюм, который, пожалуй, больше других шел ему. Видимо, успел только заехать в свой городской особняк и переодеться. В распахнутом вороте виднелась его загорелая шея. Она вспомнила, как целовала его тело ночью, и ее бросило в жар.

Чтобы не подвергать себя искушению, Николь отвернулась к окну и задумалась. Если Крис не поехал от нее в Бэверли-Хиллз, то, возможно, она ошиблась, когда решила, что он устроил ей прошлой ночью ловушку. Привыкнув к бесконечным интригам Форбса, она, к сожалению, приобрела определенную манию, и теперь ей всюду мерещились коварные ловушки. Во всяком случае, пока Леонетти рядом, ее босс не сможет узнать о событии прошлой ночи. Вряд ли тот успел в такую рань побеседовать на интимные темы с Мэри Форбс. А в понедельник Эрик обязательно улетит в Лондон, и она получит отсрочку на неделю. Теперь надо срочно обдумать, как и где ей удобнее всего пересесть на другой транспорт.

– А тебе очень идет розовый костюм. Не думал, что блондинкам так подходит этот цвет.

– Во-первых, не розовый, а кремовый, – сухо поправила его Николь и только тут поняла, что, не сговариваясь, они оделись сегодня почти одинаково.

Что касается ее самой, то она, занятая более важными мыслями, выбрала костюм машинально. Ей вспомнилось, что в средние века рыцари считали своим долгом носить на рукавах шарфы, цвет которых соответствовал цвету платьев их возлюбленных. Но то было в средние века, во времена благородных мужей и томных серенад под балконами. А теперь век деловых прагматичных людей, которые собирают компромат на своих конкурентов и ни перед чем не останавливаются ради собственной выгоды.

– Надеюсь, ты познакомишь меня со своей тетушкой. Кстати, как ее зовут? Николь молчала.

– Ты сегодня такая красивая, только холодная. Хочешь, я растоплю твой ледяной панцирь поцелуем? – спросил Крис, когда они остановились в потоке машин перед красным сигналом светофора.

– Ты слишком самонадеян, – ответила Николь, чувствуя, что от ее ледяного панциря итак скоро ничего не останется, кроме мокрого места. – Высади меня, пожалуйста, у вокзала. Я поеду электричкой. – Она крепко сжала губы, боясь расплакаться от беспомощности.

– Понимаю, ты очень хочешь избавиться от меня, но тебе это не удастся. Нам надо поговорить. Остановимся у ближайшего загородного кафе, посидим, позавтракаем. Ужином ты позднего гостя так и не покормила, а утренний кусок пиццы для меня, что слону дробина. – Голос Криса звучал чуть насмешливо, но спокойно и решительно. Он больше не смеялся.

– Хорошо, – устало согласилась Николь.

– Расскажи мне о своей тетушке, – попросил Крис.

– Кэти Андерсон уже за семьдесят, но держится она молодцом, – неохотно начала Николь.