– Что? Правда глаза режет?
– повернул голову Сирджей, - Всего одно условие. Но и его ты выполнить не можешь!

– Она жива, - процедил сквозь зубы Зартан.

– Случайность, полагаю, - фыркнул Сирджей.

Судя по сосредоточенному виду стихийного, что-то в произошедшем сильно волновало парня. Икара сомневалась, что жизнь одного сулха имеет какое-то значение. Но в планы Сирджея смерть бродяги не входит.

Оптимистично.

Икара по инерции отодвинулась в сторону, отъехав на стуле к стене. Разгрызла очередной орех.

Управлять демоном никто не может. Икара знала об этом. Будь Сирджей трижды хозяином положения, но если Зартан действительно захочет убить бродягу, его никто не остановит. Ни сказанные слова, ни озвученные угрозы.

Демон склонился к уху гостя. Икара замерла от спокойных и тихих равнодушных слов:

– Значит будешь спать здесь.

Нервно сглотнула и забилась в угол от ярких огней в комнате. Выпавшая из рук тарелка упала на пол, но не разбилась. Недоеденные орехи и скорлупа рассыпались веером. Икара вжалась дальше в угол.

Стихийная магия полыхнула с такой силой, что Икара явственно ощутила жар каждой клеточкой тела. Демон сделал шаг в сторону, от поднявшегося на ноги парня. От летящего стула уклонился так, словно не было проблем со зрением.

От грохота Икара зажмурилась. Боялась дышать все то время, что две фигуры крушили комнату. Раздробили шкаф со всем содержимым, не оставили щепку на щепке от некогда целых стульев. Тумбы разлетелись в разные стороны, одна из них вылетела с грохотом в окно. Повезло, стекол никогда не было. Не то осколки засыпали бы все вокруг.

Единственной вещью, никак не пострадавшей от разборок в комнате, оказался стол. Более того, предмет мебели не сдвинулся ни на миллиметр от своего прежнего места, словно был ввинчен в доски пола!

Ругались долго. Икара думала сделать ноги в пылу одной такой ссоры, но стоило только пошевелиться, как стены начинали ходить ходуном, а потолок осыпаться.

Они что, ругались каждый визит Сирджея?! Там, наверху??

Икара вжала голову в плечи от очередной порции ругани. Язык у Сирджея острый, этого не отнять. Демон предпочитал слушать молча.

– А теперь, - произнес Зартан, удерживая стихийного в руках, - Заткнись.

В отсутствии магии Высших Икара чуть успокоилась. Может, обойдется? Хочется сделать ноги от эпицентра бури и переждать грозу где-нибудь в дальнем углу измерения. Как можно дальше!

– Продолжишь дергаться, не понравится вдвойне, - проговорил Зартан, - Девчонка. В угол.

А она надеялась сделать ноги. Вместо этого забилась в угол комнаты, как было сказано, стараясь не реагировать на разбросанную скорлупу и орехи по полу. Наряду с щепками некогда целой мебели выглядели грудой мусора.

– Будем выяснять отношения дальше?
– Зартан удерживал пленника у стены, - Или ты заткнешься?

Ответил Сирджей не сразу.

– Заткнусь.

У Икары перехватило дыхание. Монстры побери этого демона!…

По прошествии часа оба Высших сменили комнату на соседнюю, в которой располагался тот самый диван, приспособленный Икарой под сон. Идти за ними и просить уйти на второй этаж Икара не рискнула. Перед глазами до сих пор две идеальные фигуры полной противоположности. Темный цвет кожи у демона и более светлый у стихийного.

Этой ночью дом не крушили. Икара просидела все время в углу, не рискуя показываться на глаза любому из Высших. Вместо этого сонная и не выспавшаяся утром вышла из дома. Тихо на цыпочках, боясь скрипнуть половой доской лишний раз.

Знала точно наверняка: ночью не спал никто. Ближе к утру Сирджей в соседней зале начал ругаться, что хочет спать и беззастенчиво посылал демона куда подальше. Последнего сказанное не интересовало, его умений хватало лишить сна стихийного и вовлечь в свои игры.

Тренироваться на сюр Икара не стала, хоть и натянула ботинки на ноги. Скорее по привычке, чем с целью тренировок. Сонная и вялая бесцельно слонялась по крошечному измерению, стараясь ни о чем не думать. Мысли упрямо возвращались к двоим в доме.

К Генералу.

И зеленоглазому демону с лесной тропы.

Огромная арена под открытым небом в оранжевых и бордовых оттенках. Заполненные до отказа трибуны гудят на все голоса с отчетливыми выкриками повсеместно.