– До фига. Вот как много.

Я киваю, а затем полностью сосредотачиваюсь на игрушечном взрыве. Я не хочу даже думать о том, как много порно Уоррен вынужден смотреть.

Раздается короткий стук в парадную дверь, и она распахивается. Входит Бреннан, и я тут же вскакиваю, взволнованная его появлением. Кажется, я не видела его со дня рождения Уоррена.

– Мэгги? – он тут же обхватывает меня руками и обнимает, потом кладет руки мне на плечи, держа на расстоянии вытянутой руки.

– Что ты здесь делаешь?

Я машу рукой в сторону старой спальни Бриджит.

– Я осталась здесь на несколько дней, пока моя квартира не будет готова.

Он качает головой.

– Квартира? Где? Здесь? – его замешательство неподдельно. Меня удивляет, что Ридж не сказал ему об этом. Он бросает взгляд на стол и видит Сидни. Он отпускает мои плечи и делает шаг назад, пристально глядя на меня. Затем он оглядывает комнату. – А где Ридж?

– Он пошел забирать наш ужин, – говорит Уоррен. – Тако. Ням-ням.

Я возвращаюсь к дивану, чтобы занять свое место, и немедленно проверяю свой телефон на пропущенные звонки, хотя звонок включен. Ничего. Я снова смотрю на Бреннана, который в замешательстве чешет затылок. Он в прямом смысле чешет затылок. Это заставляет меня смеяться.

– Ты переезжаешь в этот же комплекс, где живет Ридж? – спрашивает он. Потом переводит взгляд на Сидни. – И ты не возражаешь? – Он снова смотрит на меня. – Что происходит?

Я смотрю на Сидни, и она борется с улыбкой.

– Добро пожаловать в зрелость, Бреннан, – говорит Сидни.

– «Тяжелые буфера»? – Уоррен спрашивает Бриджит. Мы все смотрим на него. Он невинно пожимает плечами. – Эй, это не я зрелый. Не смотрите на меня.

Ридж входит в дверь с тако, и Бреннан моментально забывает о странной, только что обескуражившей его ситуации, а Уоррен поднимается с дивана с единственной мыслью, которая уже не имеет ничего общего с порнофильмами.

Тако способно смягчить практически любую проблему. Теперь я в этом убеждена.

Пока я готовлю себе тарелку, мой телефон звонит.

– О, Боже, – шепчу я.

Сидни стоит рядом со мной.

– О, Боже, – говорит она.

Я бросаюсь в гостиную. На экране замечаю имя Джейка. Я смотрю на Сидни широко раскрытыми глазами.

– Это он.

– Ответить ему! – она кричит.

Я смотрю на телефон.

– Кому ему? – спрашивает Бриджит.

– Парню, который нравится Мэгги. Она уже и не надеялась, что он перезвонит.

Я смотрю на Бриджит, и она выжидающе смотрит на меня.

– Ну так ответь, – говорит она, раздраженно махнув рукой на мой телефон.

– Мэгги, ответь! – восклицает Сидни. Мне нравится, что она так же нервничает, как и я.

Я набираюсь мужества, прочищаю горло и провожу пальцем по экрану.

Направляюсь в спальню, проскальзывая внутрь, закрываю дверь.

– Алло?

Не важно, что я прочистила горло, прежде чем что-то сказать. Мой голос все еще дрожит от волнения.

– Привет.

Я прислоняюсь головой к двери спальни, когда слышу его голос. Я чувствую его каждой клеточкой своего тела.

– Извини, что раньше переключил тебя на голосовую почту, – говорит он. – Я был на совещании. Забыл выключить телефон.

Я улыбаюсь от его признания. По крайней мере, он скинул не потому, что был раздосадован моим звонком.

– Все в порядке, – говорю я. – Как поживаешь?

Он вздыхает.

– Хорошо. У меня все в порядке. А ты?

– Тоже хорошо. Я переехала в Остин несколько дней назад, так что была занята.

– Ты переехала? – спрашивает он, не ожидая от меня такого ответа. – Это... прискорбно.

Я подхожу к кровати и сажусь.

– Не совсем так. У меня есть правило, запрещающее встречаться с кем-либо, имеющим со мной один почтовый индекс, так что это не плохо. Не даю обстоятельствам ошеломить меня.

Он смеется.

– Мэгги, я слишком занят, чтобы стать ошеломляющим, даже если бы мы жили на одной улице.

– Я не думаю, что ты можешь не быть ошеломляющим Джейк. Мы занимались сексом. Ты едва ли не ошеломил меня.

Я жду, что он рассмеется, но он не смеется, его голос звучит тихо, когда он говорит:

– Я рад, что ты позвонила.

– И я тоже.

Я ложусь на кровать, прижимая руку к животу. Никогда так не нервничала, разговаривая с парнем... никогда. Не знаю, как переварить все то, что его голос делает с моим животом, поэтому я просто прижимаю руку к нему, как будто это каким-то образом успокоит бурю, назревающую внутри меня.

– Я не могу долго говорить, – говорит он. – Я все еще на работе. Но я хочу кое-что сказать, прежде чем повесить трубку.