Я тихонько выдыхаю, готовясь к удару от отказа.

– Хорошо, – шепчу я.

Он тяжело вздыхает.

– Мне кажется, ты сама не знаешь, чего хочешь. Ты согласилась пойти со мной на свидание, но потом сказала, что не хочешь видеть меня во второй раз. Затем у нас была целая ночь невероятного секса. А на следующее утро ты выгнала меня еще до того, как я успел приготовить тебе завтрак. Через несколько дней ты появляешься в моем кабинете, но в тот же день отшиваешь меня в больнице. А теперь ты оставляешь мне голосовое сообщение. Я ничего не прошу, кроме последовательности. Даже если эта последовательность означает, что мы никогда больше не будем разговаривать. Я просто... мне нужна логичность.

Я закрываю глаза и киваю самой себе. Он прав. Он так прав, что я удивляюсь, как он вообще мне перезвонил.

– Я могу это понять. И я могу это предоставить.

С минуту он молчит. Я люблю тишину. Мне кажется, что в тишине я чувствую его еще сильнее. Проходит почти полминуты, а мы не произносим ни слова.

– Я каждый день хотел позвонить тебе.

От этих слов я хмурюсь, а не улыбаюсь, потому что точно знаю, что он чувствует, и мне не нравится, что он так себя чувствует.

– Я каждый день хотела извиниться перед тобой, – признаюсь я.

– Тебе не нужно ни за что извиняться, – говорит он. – Ты – женщина, которая была уверена, что не хочет иметь никаких отношений ни с кем. Но потом ты встретила меня, и мы провели настолько прекрасную ночь вместе, что собственные чувства смутили тебя. Мне нравится, что я стал тем парнем, который нарушил твой план.

Я смеюсь.

– У тебя действительно уникальный взгляд на мою крайнюю нерешительность. Мне он нравится.

– Я так и думал. Слушай, мне надо идти, – говорит он. – Хочешь, я позвоню тебе сегодня вечером?

– Вообще-то... ты завтра занят?

– У меня завтра конференция в больнице, и я должен ее посетить. С восьми до десяти. Но после этого я свободен.

– Ты свободен на весь день?

– На весь день, – говорит он.

Раньше я никогда не приглашала парня на свидание. Это впервые.

– Завтра я еду с друзьями в Джорджтаун. В пещеры Инэспейс Кэвен. Хочешь поехать с нами. Или мы могли бы встретиться после, если ты считаешь, что смотреть на пещеры с людьми, которых ты никогда раньше не встречал, немного странно.

– Ничего странного, если там будешь ты. Я смогу приехать в Остин самое позднее к полудню.

Я улыбаюсь, как идиотка.

– Хорошо. Я напишу тебе адрес.

– Хорошо, – говорит он. Я почти слышу улыбку в его голосе. – Увидимся завтра, пятисотая.

После того как он заканчивает разговор, я смотрю на телефон, прикасаясь пальцами к улыбающимся губам. Как ему удается наполнять меня такими эмоциями, даже по телефону?

Все смотрят на меня, когда я вхожу в гостиную, Сидни прекращает жевать. После того, как я достаю два тако из пакета на кухне, то говорю:

– Возможно, завтра нам придется взять две машины, чтобы мы все поместились.

Это все, что я произношу, но, когда смотрю на Сидни, она улыбается.

Бриджит тоже, но ее улыбка выглядит несколько зловещей:

– Да, это будет забавно. Чудесная новая игрушка для Уоррена, которую можно сломать.

Я смотрю на Уоррена. Потом снова на Бриджит. Завтра Джейк весь день проведет с этими двумя. Весь день.

О чем я только думала?

Глава 24

Ридж

Отличная выдалась неделя. В конечном счете. Я оставался у Сидни последние несколько ночей, и честно говоря... не хочу уезжать. Люблю засыпать рядом с ней. Люблю просыпаться рядом с ней. Люблю абсолютно ничего не делать вместе с ней. Но я понимаю, что это новый этап наших отношений, которые итак, кажется, летят с невероятной скоростью, так что последнее, что нам сейчас нужно делать, это жить вместе.

Завтрашняя ночь станет финальной, когда я останусь здесь, прежде чем вернусь в свою квартиру. Я расстроен, потому что предпочел бы находится здесь с Сидни, а не в квартире с Уорреном и Бриджит. Но это должно произойти, потому что я не хочу ускорять наши отношения еще сильнее. Как только мы съедемся, то будем жить вместе вечно. Я хочу подождать, пока Сидни насладится независимостью в жизни, прежде чем брать на себя такие обязательства.

Я заканчиваю чистить зубы и направляюсь в гостиную. Сидни сидит на диване с компьютером на коленях. Она видит, как я вхожу в комнату, и освобождает мне место на диване рядом с собой. Как в плавном танце, она двигается, я сажусь, и мы непринуждённо принимаем позы, которые на этой неделе стали нашим стандартным положением на диване. Я полусижу-полулежу, прислонившись к подлокотнику дивана, а она лежит, прислонившись спиной к моей груди и моя рука обнимает ее.

Мы не слишком комфортно можем общаться таким образом, так как находимся не напротив друг друга, поэтому мы обычно используем «Аймесседж». Она со своим ноутбуком, я со своим телефоном. Хотя все кажется естественным. И мне нравятся вечера, которые мы проводим вместе, потому что она в наушниках слушает музыку на своем ноутбуке, пока мы болтаем. Мне нравится, когда она ее слушает. Нравится смотреть, как ее ножки покачиваются в такт музыке. Мне нравится чувствовать ее голос у себя на груди, когда она подпевает какой-нибудь песне. Она поет прямо сейчас, когда прокручивает «Айтюнс» на своем компьютере. У нее есть последний альбом «Звуки Кедра». Они выпустили его как инди-альбом спустя пару недель после того, как Сидни переехала к нам, поэтому ничего из того, что она помогла мне написать, не вошло в альбом, который она слушает. Песни, которые я написал с Сидни, официально еще не выпущены.