— Отойдём на перекур? — поднял он взгляд.

— Гоу, — кивнул Бродский.

— Мы ненадолго, — сказал Кузьмин, выходя из-за стола.

В ресторанной курилке не было посторонних — время ещё слишком раннее, поэтому ресторан почти пуст.

— Что там? — вошёл Павел вслед за Тимуром. — Я пиздец обожрался…

— Короче, — сказал тот с серьёзным лицом и достал из кармана телефон. — На, читай.

Бродский принял его телефон и увидел чат с их куратором в «Телеграм».

«Привет», — писал куратор.

«Привет», — ответил ему Тимур.

«Пацаны, не думали перейти на склад?» — сразу же перешёл к делу куратор.

«Какие пацаны?» — написал Тимур. — «Я один».

«Ах-ах-пх-пх», — написал куратор. — «Карлика не еби передо мной, умоляю. Не чужие люди уже».

«Ладно», — ответил на это Тимур.

«Сколько вас работает?» — спросил куратор.

«Двое», — честно ответил Тимур.

«Ну, я так и думал», — написал куратор и поставил в конце смайлик с ухмылкой. — «В соло такой продакшн не показать».

«А какие условия?» — уточнил Кузьмин.

«Просто принимайте 15–20 крупных партий в месяц», — написал куратор. — «Из них надо делать мастеры, а дальше сам знаешь».

«А что по бабкам?» — уточнил Тимур.

«300 штук — постоянный оклад», — написал куратор. — «За каждый МК — 25 штук».

Павел криво усмехнулся, прочитав это.

— Мы сейчас больше зарабатываем… — изрёк он.

— Дальше читай, — сказал Тимур.

«Есть место для хранения?» — осведомился куратор.

Судя по времени сообщений, Кузьмин раздумывал перед ответом около двух минут.

«Есть», — написал он. — «А оклады это же для каждого?»

«Оклад — каждому, а за МК — по 25 за штуку», — ответил куратор.

— А что за место? — спросил Павел. — Мы что, дома это будем хранить?

— Ебанулся? — нахмурил брови Тимур. — Гараж же есть.

— А-а-а, — заулыбался Бродский.

«Я понимаю, что по вашим нынешним стандартам это вообще не деньги», — написал куратор. — «Но у складмена (1) риски меньше».

«А за счёт чего?» — уточнил Тимур.

«Меньше кладов — меньше риск попасться», — написал куратор вполне логичную вещь.

— Что думаешь? — спросил Кузьмин у Бродского.

— Наша схема накрывается к хуям, — ответил тот. — Смысл всего этого, если мы будем в день по кладу ронять?

— Да почему?! — удивился Тимур. — Или ты думаешь, что мы прекратим ронять обычные клады?

— А разве нет? — нахмурился Павел.

— Да нахуя? — улыбнулся Кузьмин. — Мы сами себе МК будем давать и раскидывать их — это же дохуя бабок! Мы же молодые — работать нужно и бабки зарабатывать. Жизнь нынче недешёвая…

— Плюс, копить сможем, — добавил Павел.

— Вот! — ткнул в его сторону пальцем Тимур. — Инвестиции в будущее! Ну? Берёмся?

Бродский ненадолго задумался, а затем принял решение и коротко кивнул.

— Всё, мазя! — заулыбался Кузьмин. — Я пишу ему.

— А как будем таскаться по всему городу с МК? — забеспокоился Павел.

— Да я уже всё придумал, блядь! — отмахнулся от него Тимур. — В каршеринге возьмём тачку — у меня есть права. У тебя есть?

— Неа, — покачал головой Павел.

— В автошколу поступишь, — заявил Кузьмин. — Права получишь — будем по очереди гонять или две тачки арендуем — вдвоём гораздо быстрее и выгоднее.

— Вариант, — улыбнулся Бродский.

— Всё, давай к девчонкам, — позвал его Тимур. — Я куратору уже написал — как ответит, вытяну тебя.

*4 января 2018 года, г. Санкт-Петербург, Ржавый ручей*

— Всё… — вылез Павел из-под моста.

Он отряхнулся от снега и подошёл к машине, возле которой нервно курил Тимур, стоявший на шухере.

— Нормально зарыл? — спросил он.

— Да нормально, блядь… — поморщился Павел и сел на переднее пассажирское. — Двигаем отсюда.

— Ещё один остался, — произнёс Тимур. — Куда рванём?

— Есть тут местечко одно… — произнёс Бродский, смотря на карту в телефоне. — Нам надо на Коннолахтинскую дорогу, там потенциальных нычек просто дохуя.

— Поехали, — кивнул Кузьмин.

Им пришлось заезжать на Западный скоростной диаметр, добираться до его развилки, после чего съезжать на Коннолахтинскую дорогу, по которой они проехали до стихийной свалки, устроенной недалеко от съезда с трассы.

Этот мастер-клад «ронял» уже Тимур.