Шрифт:
«У меня не оставалось выбора», — поморщится не такой уж бесполезный принц. — «Вероятно, теперь нам придется ускориться».
«На празднике не было фейерверков», — как будто бы сменит тему куртизанка. — «До них не дошли из-за нападения. Но если бы демон не напал на царя, вскрылось бы, что небесные огни не разгорятся. Склад с порохом — пуст».
Параллельно этим странным делам канцлер еще шесть раз отправит «щедрый дар» своим противникам. С разными результатами. Где-то кукла разберется с бедолагой, где-то придется убийцам поднапрячься.
Об убийцах: что касается общества убийц и его главы, который скрывается под маской…
— Стоп-стоп-стоп! — пришлось прервать разошедшуюся Мэйхуа. — Оставь мне хоть сколько-то интриги, мать. Я поняла, что им есть, что без меня снимать.
На слове «снимать» Бу опускает голову и разгоняет Апельсинку до двухсот шестидесяти. Глубокая ночь, пустая автотрасса, свет от фонарных столбов и фар спорткара. «Глазища» у Апельсинки выдвижные, когда она их «открывает», прямо-таки преображается.
Рассвет мы встречаем на заправке. Я к тому времени успела узнать сюжет почти всего сериала. Еще разок придремать, проснуться и попроситься «размять ножки». Мама тоже сходила со мной, а на обратном пути купила напитков на всех. Бу не стал нас подгонять, дал постоять немножечко. А затем Апельсинка снова рванула вперед.
Пробок спозаранку нет, так что к нашему жилому комплексу Апельсинка подруливает даже с запасом.
Мать пытается сломать спину в поклонах. Пихаюсь, как вредная обезьянка, мол, хватит, идем.
— Спасибо, дядя Бу! — благодарю сама.
От чистого сердца. Конкретно выручил!
Хотя зайти в гости оператор и отказался, мама размышляет, чем угостить этого замечательного человека. Видимо, уже по приезду обратно, потому что Бу не планирует задерживаться в Бэйцзине.
А я потираю ладошки: готовься, Солнышко. Мэйли намерена задать тебе жару!
[1] ???(кит). [nu hougong] — гарем.
Глава 15
Июнь 2000 г, Бэйцзин, КНР.
«Меня не ждали, а я приперлась», — взираю на трехэтажное здание детского сада.
Светлая рыжеватая древесина, много белого и еще больше стекла. Дорожки и клумбы перед входом.
Кроме этого корпуса, в структуру Солнышка входят: стадион, бассейн, и еще один корпус для занятий, только попроще оформленный. Территория огорожена. Вход на собеседование по паспортам.
Приторно-сладкие улыбки сотрудников, и одухотворенные лица мам «воробушков» — стайки черноголовых карапузов. Во внутреннем оформлении: белый, оранжевый, кое-где синий. Зелень в основном в виде растюшек, а тех внутри немного. Наверное, расположение зелени — это защита от маленьких и шустрых разрушителей.
Мне сразу вспоминается восторг и неприкрытое оголтелое счастье на лице родителя, когда мы с мамочкой его разбудили. Батя, наш тишайший каменный воин, уже успел сгонять на такси в аэропорт (ночью). Прождать, пока все пассажиры с рейса Шанхай-Бэйцзин не выйдут. Уточнить раз… сколько-то у работников, все ли сошли с самолета, или еще кто-то есть на борту. Расстроиться, вернуться домой и лечь спать на часик (до выхода на работу).
Вот где была неподдельная радость. Я даже полетала: папка подкидывал меня и кружил над головой. И нет, не на один раз больше подкинул, чем поймал. Он у меня надежный, как скала.
Налетавшись вдоволь, я запросилась на отдых. Как бы ни хотелось и дальше греться у этого тепла, надо и меру знать. Это — чтобы оставить наедине родителей. Что я, дубовая, не вижу, как они соскучились? Пусть они всегда глядят друг на дружку с такой искренностью. Постучала по башке (по дереву) три раза. Если там дерево, точно сработает.
Вздремнуть удалось не так много, но вместе с урывками сна в дороге — нормально. Можно даже сказать, что выспалась. Мамуля же не ложилась. Накормила батю, затем и мне наготовила вкусненького.
Паровой омлет с зеленым луком и кунжутом. Сверху — ложечка соевого соуса и ложечка кунжутного масла. Чтобы соус пропитал омлет на всю глубину, в нем (омлете) мама сделала надрезы. Паровой омлетик готовится в режиме «яйца и вода», без молока, и получается нежным, как суфле.
А для того, чтобы доченька и вовсе язык свой проглотила, моя заботливая подала мисочку креветок в кляре. Они такие мягонькие и при этом хрустящие (кляр), что невозможно устоять и оставить хотя бы одну «загогулинку» на дне посуды.