Итак, Митя до позднего вечера работал на заправке. Ему звонить бессмысленно. Но и оставаться дома на одной территории с Краевой было выше моих сил. Увы, я не могла спокойно реагировать на ее провокации.

Поразмыслив, что вариантов не так много, набрала Аделине. К счастью, подруга снова пришла на выручку, и уже спустя пятнадцать минут я переступила порог ее квартиры.

– Роза, привет. Как здорово, что ты пришла. Я решаю задачи по химии, но две головы лучше, чем одна! – Стряхнув мою шапку, она аккуратно положила ее на полку, а пуховик вместе с шарфом убрала в шкаф. – Хотя, судя по твоему лицу, тебе сейчас не до химии… – добавила она проницательно.

– Мой брат начал гулять с Краевой!

– Да ты что? – Глаза Ады округлились.

– Еще и притащил ее к нам домой!

– Вот гадина! – Аделина всплеснула руками. – Но ты говорила ему, что именно Краева портила тебе жизнь на протяжении всех этих недель и изуродовала костюм для выступления?

– Ничего я не говорила. Не хотелось расстраивать их с мамой, а теперь это будет выглядеть так, будто я хочу им помешать.

– Но ты ведь понимаешь, что таким образом Анька хочет насолить тебе за Воина? Она явно что-то замышляет.

– Ну, я же не вчера родилась. Жаль, что брату гормоны ударили в голову – похоже, дурачок искренне верит, что Краева всерьез им увлеклась.

Не переставая обсуждать сложившуюся ситуацию, мы прошли на кухню, где Аделина заварила чай с бергамотом, предварительно накормив меня пловом. И спустя некоторое время мы все-таки сделали домашку по химии.

– Не обращай на нее внимания, но при этом держи ухо востро! – дала напутствие подруга, обнимая меня в дверях. – И позвони, как придешь! Сама понимаешь… – ее нежный голосок дрогнул.

Благополучно добравшись до дома, я с тяжелым сердцем распахнула дверь, выдохнув только тогда, когда убедилась, что у порога нет чужой женской обуви. Зато взгляд привлекла новенькая пара брендовых ботинок. Помню, еще в начале зимы в одном из торговых центров Тюмени Лешка сокрушался, что готов продать за них душу, ведь ценник в пятнадцать тысяч рублей для нашей семьи был неподъемным.

К сожалению, при нынешних обстоятельствах мне не хотелось расспрашивать, каким образом брат приобрел эти ботинки. Даже при учете скидки наш лимит на одну пару обуви составлял не более трех-четырех тысяч рублей, и брат прекрасно об этом знал.

С кухни доносились оживленные голоса. Мама с придыханием о чем-то рассказывала, а Лешка беззаботно хихикал. Сухо поздоровавшись, я сразу прошла в спальню и не выходила оттуда до вечера. А перед сном позвонил Митя.

– Цветочек, надеюсь, ты еще не спишь? – спросил он усталым, но чувственным голосом.

– Еще нет. Как у тебя дела? – настороженно поинтересовалась я, испытывая необъяснимую тревогу.

– Хорошо. Завтра отработаю полную смену, а в воскресенье выходной. Приглашаю тебя на свидание. Отказы, разумеется, не принимаю.

– Мить, я и не собиралась отказываться… – Я слишком радостно хихикнула.

– Это хорошо. Потому что я безумно соскучился.

– Я тоже, – пробормотала, забираясь на подоконник с ногами.

Какое-то время мы оба дышали в трубку, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Вдруг Дима хрипловато попросил.

– Скажи что-нибудь еще.

– Что?

– Что угодно… Я зависим от твоего голоса. Когда слышу его, мне становится хорошо, и улыбка появляется на лице.

– Митя. Мой Митя… – прошептала я, чувствуя пульсацию в висках.

– В воскресенье мы будем долго обниматься. Слышишь?

– О да…

Но до воскресения нужно было еще пережить целую субботу. С утра мама уехала куда-то с Артаком Ашотовичем, а к обеду к нам снова пришла Краева. Я поняла это по тошнотворному смеху, доносящемуся из коридора, но на этот раз повела себя умнее, проигнорировав ее приход.

Вставив наушники в уши, я открыла сайт АлиЭкспресс, пытаясь присмотреть себе что-нибудь новенькое на весну. К сожалению, в моем шкафу вещей было раз-два и обчелся. Не дело, если учесть, что я девушка самого популярного парня в школе.

К счастью, брат с его новой пассией довольно быстро отчалили. Сделав вылазку за продуктами, я вернулась домой, приготовила ужин и, обложившись конспектами, принялась готовиться к ЕГЭ.

Я вздрогнула от неожиданности, когда на пороге спальни появилась мама с неизменно кислым выражением лица.

– Роза, извини за беспокойство, но… – она сложила губы в тонкую ровную линию, глядя на меня, как на врага народа.

– Что случилось?

– Я вешала куртку, и это выпало из кармана твоего пуховика… – Мама бросила мне маленькую прямоугольную коробочку розового цвета.