— Ты тут недавно?

— Добро пожаловать, недавно начала здесь работать, — улыбаюсь я, нервничая. — Вам принести меню?

— Двойной виски с кусочком льда, — снисходительно указывая на бутылку, он внимательно смотрит на меня. — И как тебе, нравится?

— Да, хорошее место, отличная команда, доброжелательные гости…

Я кладу на стойку подстаканник и отмеряю в джиггер порцию виски. Мужчина насмешливо наблюдает за мной, оставляя щедрые чаевые. Весь вечер, мой первый вечер работы без бармена, только я и гости, он следит за каждым движением, фиксируя и отпуская похабные шутки. Первый «соло» выход на смену оказывается удачным. Я почти не напутала с рецептурой фирменных напитков заведения и умудрилась залить пивной пеной лишь один заказ. Редко улыбаясь на комментарии гостя, я нервничаю. Одно дело работать под надзором учителя, а когда за тобой следит гость — совсем другое. Страшно и неуютно.

Смена заканчивалась, а копилка для чаевых заполнилась. Мужчина все пил виски, поглядывая на меня:

— А ты молодец, хорошо справляешься.

— Спасибо, — я слегка покраснела.

— Не хочешь прогуляться после работы? — Он показательно закатил рукав, показывая блестящие часы. — Время еще детское, а тебе явно нужно проветриться.

— Нет, спасибо, у меня еще дела…

— Ну, как знаешь… Если что — вот моя визитка, если захочешь проветриться, покататься на машине или просто хорошо провести время, пиши, я вниманием не обижу.

Я ошарашенно смотрела на пачку купюр и черную с золотыми вставками карточку, которую он небрежно кинул на барную стойку. «Евгений Анатольевич. Знаю, как сделать вас богатыми». Так меня еще снять не пытались, оскорбленно подумала я, убирая пустой стакан в раковину. Чаевые отправились в переполненную копилочку, а я вернулась к уборке бара. Радость от удачной смены немного омрачилась своеобразным предложением от странного гостя, и я спрятала карточку в карман, пытаясь выбросить из головы. Оля, с собранными волосами в высокий конский хвост, подбежала ко мне, восторженно пища:

— Вот ты видела, как он на тебя смотрел! Тебя пораньше отпустить, он на улице ждет?

— О чем ты? — Я недоуменно смотрела на молоденькую официантку.

— Про этого симпатичного богача, который выложил тебе половину месячной зарплаты за красивые глаза, — она с завистью оглядела меня. — Идешь на свиданку?

— Нет, конечно, больно надо…

— Как так? Тебе в ручки он сам просится, почему нет? Да тут половина официантов бы за такое предложение все волосы выдрали бы, а ты носом крутишь!

— Ну не мое это, у меня парень есть, отношения стабильные…

— И ты две недели бокалы мыла, пока руки трескаться не начали! А этот мужчина щедрый, он у нас часто бывает, обычно с гостями заигрывает, а тут на тебя посмотрел! Хватай и бери, пока есть возможность, а то так и будешь до конца своих дней ждать, когда любовь всей твоей жизни разбогатеет и осчастливит тебя!

Оля цокнула язычком и направилась на кухню, что-то тихо бурча под нос. Я озадаченно посмотрела на переполненную деньгами коробочку и потрясла головой. Маме на лечение я и так соберу, даже думать о таком не хотелось…

Пересчитывая заработанные деньги, я понимала, что не хватит. Руки сами тянулись к заднему карману, где лежала визитка мужчины, но я одергивала себя. На взнос хватит, а я как-нибудь протяну. Не впервой. Справлюсь.

Яркий свет ударил в глаза, ослепляя до боли. Я проснулась от скрипа двери и громкого смеха. Темный силуэт приближался ко мне, говоря что-то. Дезориентированная от остатков такого реального сна, я попыталась принять вертикальное положение, но тело отказывалось выполнять приказы. Первая мысль, возникшая в голове, была проста донельзя.

Что я здесь делаю?

Вторая же, требовала некой конкретики.

Почему так больно?

И последняя мысль, набатом билась в голове, скрипя и мигая огромными неоновыми буквами.

Что им от меня нужно?

— Выспалась, милая? — Мужчина говорил тихо и властно, присаживаясь рядом со мной. — Ты уж прости за такой плохой прием, не мог тебя встретить как полагается в моем, с позволения сказать, логове… Как настроение? Готова сотрудничать?

— Я правда не понимаю, что я здесь делаю, — я ощутила, как слезы снова хлынули слезы, но даже не стала их вытирать. — Отпустите, прошу, я сделаю все, что угодно…

— Сильно в этом сомневаюсь, особенно после этой бумажки, — он достал что-то из кармана и потряс ею. — Ранняя деменция? Провалы в памяти? Серьезно?

— Не знаю, не помню…

— Это нам только на руку, девочка моя, — он почти ласково потрепал меня по плечу. — Меньше знаешь, крепче спишь, правда?

Я сжалась в комок, стараясь казаться меньше, исчезнуть и раствориться под его тяжелым взглядом. Уткнувшись лбов в колени и запустив пальцы в спутанные кудри, я поняла, что начинаю задыхаться от внезапно подкравшейся паники.