Она даже картошку не сумеет почистить быстро... Последние двадцать лет она не занималась домашней работой. Завтракали, обедали и ужинали они с мужем в отеле. Если не ходили в рестораны и на приёмы.

Ната чистила овощи, как чемпион, а она, Роза, как те самые девушки "первого сорта" в универе. Докатилась! И вот он результат: управленец высокого класса может рассчитывать только на работу посудомойки или прислуги. И то, при условии, что хватит сил!

Одно хорошо. Языковая практика. Роза Михайловна владела иностранными языками. Вела переговоры иногда с несколькими разноязычными партнёрами. Бывала между ними связующим звеном потому, что понимала предмет разговора гораздо лучше любого переводчика.

Её мозг усваивал новый язык отлично. Вчера, когда никто не видел её, она повторяла тихонько услышанные фразы. Пыталась отвечать на них. Бегло. Чтобы не было заметно, как ей сложно выговаривать непривычные сочетания звуков.

Таким её не испугаешь! Сегодня она попробует поискать работу. Если решится. И обязательно заговорит с пекарем. Нужно купить булочек. Вечером. Тогда на них бывает скидка.

Роза разобралась в местных деньгах. Выложила пару монет из своих "стратегических запасов" в кармашек на груди. Предусмотрительная Эмельтруда! Предупреждала её, что воруют. Так и вышло. Ещё как!..

***

Она озверела сегодня. Сначала, правда, чуть не умерла от ужаса. Когда в первый раз спросила в приличном на её взгляд трактире, не нужна ли им прислуга. Получила в ответ равнодушное: "Не нужна!" и вывалилась оттуда.

Она смогла! Смогла выговорить вопрос так, что её не просто поняли, а не заподозрили в том, что она не местная.

– Ещё какая не местная,- пришла дальше грустная мысль.

А следом за ней разочарование. Как же так! Ей отказали! Отказали так легко! Так, будто она пустое место!

Во второй трактир Роза Михайловна вошла уже увереннее. С чувством собственного достоинства. И снова получила отказ. Ушла. Зашла в ближайший переулок и в раздражении пнула каменную стену так, что едва пальцы не отбила. Взвыла:

– Ой-ёй-ёй! Ёшкин кот!

На родном языке взвыла. Испугалась потому, что услышала явственный смешок. Тихий. Но, точно не показалось. Точно!

Стараясь не оглядываться по сторонам, Роза Михайловна подобрала юбки и поковыляла прочь. Довольно быстро, но так, как может ковылять дородная дама её комплекции.

Дальше она спрашивала о работе со всё большим азартом. Получала отказ. Выпрямлялась сильнее и с достоинством уходила. Скоро она так "распрямилась", что входила в трактиры, как какая-нибудь герцогиня. Так, как входила в залы, где собирались её партнёры по бизнесу и девушки Олега. С дикой смесью гордости и презрения. Сама, бедняга не понимала, как выглядела.

Трактирщики и хозяева постоялых дворов пугались несоответствию внешности "дамы" и её наряда. Не могли понять, какого ляда она хочет от них. И отказывали "леди" так вежливо, как только могли.

В конце концов, Роза так устала и потеряла страх, что спросила у супруги трактирщика. Муж уже отказал странной мисси и убежал будто бы за соленьями в подвал. Жена осталась за стойкой, растерянно протирая кружки.

– Почему мне все отказывают?!

"Дама" так гаркнула, что бедная женщина едва не уронила свою посудину. От испуга, наверное, и ответила. Правду:

– Не подходите...

– Почему?

Роза Михайловна так грозно свела брови под своим париком, что трактирщица схватилась за сердце и снова ответила истинную правду. Очень обидную, между прочим...

– Вы, леди, в подавальщицы не годитесь. По возрасту. Клиенты молодых предпочитают... А в прислуги... Посмотрите на свои руки, мисси! Да, вы отродясь, наверное, ничего этими руками не делали!

Роза Михайловна растопырила пальца рук. Покрутила кистями. Честно присмотрелась. И снова сдвинула брови. Ведь лучшая защита - нападение. Тем более, что у неё козырь появился неожиданный. Она, оказывается, не только говорить может на "иномирном", но и читать, и писать, наверное!

Предельно грозно поиграв бровями, Роза ответила на обвинение в том, что она белоручка. И уж точно не "леди". Для полноты картины даже руки в боки упёрла:

– Как вы можете, мисси! Я за руками просто ухаживаю! И всё! Но трудолюбивее меня не найдёшь! Тем более, что я могу ещё на пол ставки бухгалтерию у вас вести! Обсчитывают вас поставщики!

Резко закрыла рот. Трактирщицу испугали незнакомые слова "бухгалтерия" и "пол ставка". Про "обсчитывают" поняла, и испугалась сильнее. За это знакомое Роза и зацепилась, спасая ситуацию:

– Если я докажу вам тут же, что вы переплачиваете пару золотых в месяц за бренди и виски, возьмёте меня? На...