Он доверял собратьям. Они предали его. Теперь он размахивал пудовыми кулаками под носом у бывших друзей. Не грозился пойти в суд. Похоже, понимал, что и так получит всё, что причитается. Ведь бывшие приятели умирали от стыда и смотрели побитыми собаками.

В итоге мисси Фанбор принесла в кабинет здоровенную бутыль гномьего самогона и закуску. На обратном пути прихватила с собой Розу. Подмигнула ей, когда дверь отсекла их от мужской компании:

– Он теперь разденет их, дураков! Мы ремонт за эти деньги сделаем и пристройку построим. Давно собирались!

Роза молчала. Мисси Фанбор сама добавила:

– Позор для дворфа обирать кого-то! А уж брата по крови - несмываемое пятно!

Снова подмигнула:

– Вот и будут смывать. А он, в ответ, пожалеет их и не станет позорить перед родственниками. Если кто-то другой не донесёт...

– Так они что? Помирятся?- ляпнула Роза.

Вырвалось! Как раз в тот момент за дверью что-то так сокрушительно грохнуло, словно одного из гномов швырнули и сломали им секретер или пару кресел. Что ещё могло вызвать такой чудовищный грохот, Роза просто представить не могла.

Мисси Фанбор прислушалась. Ухмыльнулась:

– Конечно помирятся! Уже начали! Вот спустят сейчас пар и начнут мириться. При тебе смущались.

И правда, скоро стало понятно, что гномы мирятся. В четыре глотки, надрываясь, пьяными голосами ревели они песни на непонятном языке. Одна из подавальшиц, таскавшая им в кабинет снедь, шепнула Розе:

– Гномье наречие прекрасно, правда? Так мужественно!

Девушка закатила глаза в восторге, а Роза подумала, что если соединить вместе низкий рёв медведя и пронзительный крик павиана, то выйдет что-то похожее на это "мужество".

***

Если разобраться, четвёртый день Розы в новом мире был вовсе не плох. В каком-то смысле, даже прекрасен. Она сносно себя чувствовала. Поняла, что от неё хотят. Наслушалась и насмотрелась на то, как ведут себя гномы.

Восхитилась, если честно. Если бы людям такое единство и прямодушие! А ещё доброту и умение прощать! И, конечно, заглаживать вину.

Она ведь видела не только разборки дворфов. Слышала их свару за закрытой дверью. Песни, что неслись из кабинета. Они, стоит признать, были действительно колоритными и очень мужественными.

Когда немного привыкнешь к ним... Как оказалось, когда к ним привыкнешь, песни гномов были прекрасны. И так зажигательны, что Роза и не заметила, как стала приплясывать в том же ритме, пока мыла пол в главном зале трактира.

Пусто было. Обед закончился. Ужин ещё не наступил. Потому она и позволила себе. Пританцовывать, повторять незнакомые слова, смаковать их. Они перекатывались на языке, как орехи, которыми набивали рот те, кто учился ораторскому искусству.

Роза набивала, в своё время. Она так боялась чванливых, как считала тогда, партнёров по бизнесу свекрови, что рот боялась открыть при них. Потому и училась риторике, чтобы не теряться. Как оказалось, это Лилия Романовна была ненормальной, а не те люди. Роза дружила потом с ними и их семьями.

Навык говорить всегда чётко, правильно, уверенно, как бы себя ни чувствовала, остался с ней навсегда. И воспоминание о том, как перекатываются во рту орехи. Звонко, немного неудобно. Зато бодряще. Так и язык гномов. Бодрил. Роза с удовольствием подпевала и чуть подтанцовывала песне, когда услышала оглушительный хохот.

Да. Смеялись над ней. Не по злому, вполне себе одобрительно. А после начался натуральный дурдом...

Семейный праздник дворфов иначе назвать, по скромному мнению Розы, просто невозможно. Такого буйного и, вместе с тем, искреннего веселья она не видела никогда.

Семьи всех троих поставщиков, пришли извиняться за "своих дураков". Они, эти совсем молодые парни, решившие вести дела "по-дормерски", сидели теперь за столом рядком совершенно пьяные и смиренно слушали лекцию о том, как способен выправить любые искривления мозгов исконный труд дворфов.

Судя по всему, жить и впахивать на рудниках в глухих горах парням предстояло достаточно долго. К их чести стоит сказать, что никто из них не вякнул, протестуя против решения взрослых. И ущерб они были готовы возместить из своего кармана.

Им не позволили. С формулировкой "Не заслужили". Семьи покрыли ущерб за них. В каком-то нереальном размере. Мисси Фанбор ошибалась. Кажется, на эти деньги они с мужем могли бы приобрести ещё один трактир. Или никогда больше не работать.

На такое гномы не пошли бы никогда. Они не могли ничего не делать. Движение и труд считали за жизнь. Даже плясали так, что искры летели из-под каблуков.

Роза тоже танцевала. Она, в каком-то смысле, была героиней вечера. Ещё бы! Суметь раскрыть махинацию с одного беглого взгляда! Мозг! Мегамозг!