– Нет, – припечатал Тарас, сжав челюсти до зубовного скрежета. – Давно сдохли.

Он принялся обходить гробы, заглядывая в лица Древних. Я тоже решила посмотреть на них – вряд ли мне выпадет ещё один такой шанс. Вот значит куда делись все Древние, после того как «подготовили» этот мир к жизни. Они никуда не ушли, они остались здесь.

Если во взгляде Тараса плескалась ненависть, то у Гавриловой текли самые настоящие слёзы. Я не знала, каких эмоций на её лице было больше – сожаления, опустошённости или тоски. Она будто была знакома с Древними и оплакивала их. Хотя кто её знает, из какого мира она переродилась.

– Андерра?! – возглас Тараса заставил меня вздрогнуть. – Андерра! Как? Почему?!

– Тарас? – я бросилась к Чебукову, который упал на колени и уткнулся лбом в прозрачную стенку гроба.

– Это она, – прошептал Тарас. – Это моя Андерра… но как? Они говорили, что убили её. Что она отдалась им ради моего спасения…

– Этот мир проклят, – проскрипела Прасковья, обречённо взирая на ряды с телами усопших. – Он закрыт ото всех и для всех. Он был создан убежищем, а стал тюрьмой. Сколько ни перерождайся, сколько ни пытайся… отсюда никому не сбежать. Никому и никогда, пока не будут открыты Великие Врата.

Глава 14

Время в усыпальнице Древних будто остановилось. Даже Ахашши молчал, вышагивая за мной между рядами капсул. Было странно находиться рядом с теми, кого в моём мире прозвали вархами. Первыми вархами, вернувшимися в наш мир после долгого отсутствия.

Их тела лишь смутно походили на человеческие. Кожа казалась сухой, словно пергамент. Прорези глаз, носа и рта были окружены сетью морщин, а вместо волос у Древних были заросли трав, мелких кустарников, а у кого-то самые настоящие рога. Их прозвали чудовищами, но они совсем не походили на тех вархов, в которых превратился мой народ во время вторжения тварей.

– Нам нужно к Вратам, – недовольно прохрипела Прасковья. – Святилище оказалось пустышкой, а времени у меня мало.

– У нас пока нет необходимых… ресурсов, чтобы открыть Врата, – обтекаемо ответила я, не желая делиться подробностями.

– Скажи, что нужно, и я это достану, – устало пробормотала Гаврилова, но я лишь покачала головой. – Тогда верни меня домой, душечка. Находиться здесь слишком больно…

Перенос Прасковьи в родовое имение занял не много времени, я даже успела попрощаться с Митенькой, ожидавшим нас в кабинете. Парень благодарил меня за помощь с накопителем и избавление от клятвы покровителю, но он тоже не назвал его имя.

Когда я вернулась, Тарас стоял напротив капсулы с Андеррой. Было странно видеть его таким уязвимым. Я всмотрелась в лицо этой женщины: на лбу и скулах яркими пятнами виднелись мелкие чешуйки, переходящие дальше за уши; губы были под цвет чешуи – ярко-оранжевыми. Вместо рогов или кустов на голове Андерры красовались шипастые гребни.

Эта женщина отличалась от Древних. Казалось, будто кто-то пытался сделать её очень похожей на них, не зная исходных данных. В разных мирах разные условия, и перемещения между ними не могли не отразиться на облике Древних. Шаманы говорили, что требуется перерождение, для того чтобы снова стать человеком.

– А вот это уже дельная мысль, – сказал вдруг Хаш, подслушав мои размышления. – Если мир закрыт, а Древние умерли в этих коробках, где они могли переродиться?

– О чём ты? – мне пришлось замереть от внезапной догадки.

– Эта старуха сказала, что сколько ни перерождайся, сколько ни пытайся, – мир не покинуть, – Ахашши подбежал к ближайшей капсуле и ткнул лапой в прозрачную стенку.

– Это не первое перерождение Прасковьи в этом мире, – кажется, я всё же сказала это вслух, потому что Тарас обернулся ко мне. – Она уже умирала здесь.

– Почему ты так решила? – спросил он, а я мысленно выругалась. Что мне стоило сдержать эмоции и не кричать о своих догадках во весь голос?

– Она сама сказала, – я демонстративно пожала плечами и присмотрелась к Тарасу.

– Я хочу забрать Андерру, – жёстко сказал Тарас, приготовившись защищать свою позицию. – Она не должна быть здесь, с ними.

– Это был её выбор, – мягко проговорила я. – Теперь не узнать, почему она ушла с Древними и было ли это добровольно. Одно можно сказать точно: здесь те, кому она доверяла. Андерра рядом со своими братьями и сёстрами. Посмотри на них.

Тарас замотал головой и даже зажмурил глаза, чтобы не видеть тех, кого ненавидел всю жизнь. Но я была уверена в своей правоте. Через несколько минут князь взял себя в руки и нацепил на лицо безразличную ледяную маску. Он начал обходить капсулы, заглядывая в лицо каждому Древнему.

У последнего ряда Тарас замер.

– Здесь ещё двое: Умандер и Вонгар, – глухо сказал он, а потом дошёл до конца ряда и, сжав пальцы в кулак, несколько раз ударил в стену. – Нас было шестеро. Они всё это время были здесь, все они… и я тоже теперь здесь.