— За что? За то, что вчера поставил мне синяк? — она опустила верхнюю часть толстовки, чтобы показать мне синяки на плече и верхней части руки.

Мне трудно сосредоточиться, так как она умудрилась продемонстрировать свой бюстгальтер и довольно большую грудь. В порыве гнева она слишком быстро и торопливо прикрылась.

— Или как насчёт того, чтобы практически напасть на меня за ужином, когда моя семья находится в одной комнате? — она убрала телефон в сумку. — О, подожди, я знаю! Я должна поблагодарить тебя за то, что ты обсуждал моё будущее с другим деревенским идиотом, который сегодня, кстати, тоже здесь! — она подхватила сумку и направилась к двери, но я последовал за ней и схватил её за руку, прежде чем она успела спуститься по ступенькам.

— Не стоит уходить одной, Беа. Это небезопасно, — сказал я, пытаясь удержать её за руку.

Она резко выдернула руку и, сверкнув глазами, бросила в ответ:

— Я могу о себе позаботиться.

— Правда? Тогда что случилось с твоей губой? — спросил я, когда она вырвала свою руку и снова начала уходить.

— Я ударилась о дверь, — ответила она, не останавливаясь.

— Типичный ответ жертвы домашнего насилия, — заметил я, догоняя её и схватив за локоть. — Давай я хотя бы отвезу тебя домой, если у тебя нет машины?

Она посмотрела на подъездную дорожку, потом на дом, и, очевидно, взвесив все варианты, сдалась.

— Хорошо.

Мы направились к моему автомобилю. Она шла за мной. Как только я открыл дверь автомобиля, фары «Альфа Ромео» ярко вспыхнули. Я открыл пассажирскую дверь для неё и, когда она села, заметил, как она сморщила нос.

— Что это за лицо? — я пристегнул ремень безопасности и посмотрел на неё.

— Ничего, — ответила она, избегая моего взгляда.

Я завёл машину и тронулся.

— Ладно, тогда я могу смело добавить в свой список вещей, которые мне интересны в Беатрис, что она любит корчить рожи без причины.

Она рассмеялась беззлобно:

— Ты имеешь в виду тот список, в который ты добавил, что я скучная?

— Нет, это совершенно другой список, и он в два раза длиннее, — ответил я с ухмылкой.

Она сузила глаза и потянулась к ремню безопасности, но он заблокировался. Она продолжала тянуть его, бормоча что-то себе под нос, словно сражалась с невидимым врагом.

Беатрис повернулась к двери машины, продолжая бороться с ремнём. Она замерла, когда я провёл пальцами по её руке. Её взгляд переместился на мою руку, а затем последовал за ней. Дыхание Беатрис участилось, когда она повернула голову, чтобы посмотреть, как близко мы находимся друг к другу.

Когда я натянул ремень безопасности, она на мгновение взглянула на меня своими большими карими глазами. Затем её взгляд скользнул к моим губам. Я поджал нижнюю губу, и наши глаза снова встретились, прежде чем я опустил взгляд на её губы.

Когда я защёлкнул ремень, она несколько раз моргнула, возвращаясь в реальность после этого особенного момента.

— Я ненавижу запах сигаретного дыма. А ты и твоя машина воняете им, — ляпнула она.

Я отстранился:

— К счастью, меня не волнует, что тебе нравится или не нравится, Principessa.

Она закатила глаза, когда я завёл двигатель и отъехал от дома.

— Куда?

Она назвала адрес, и какое-то время мы ехали молча.

— Ну, как всё прошло с Ванессой?

Краем глаза я заметил, как она покачала головой.

— С кем? — спросил я, копаясь в радиоприёмнике, пытаясь найти что-нибудь, где не крутят проклятую рекламу.

— Ванесса. Ну, знаешь, любовница Сатаны, с которой я познакомила тебя вчера вечером?

Я улыбнулся про себя. Ей явно интересно знать, что между нами было.

— Точно, Ванесса. Да, мы трахались, если тебе это интересно.

Её уголки рта опустились, и она посмотрела в окно.

— Но я всё время думал о тебе, — сказал я с ухмылкой.

Её голова снова повернулась ко мне.

— Ты отвратителен!

— Я шучу! Где твоё чувство юмора? — рассмеялся я, качая головой.

— Наверное, там же, где ты оставил свой мозг.

— Я не трахал её, — произнёс я через несколько минут.

— Мне было бы всё равно, даже если бы ты это сделал.

— И всё же ты спросила, как всё прошло с ней, — мой взгляд вернулся к ней, и я заметил красный румянец на её щеках.

Я снова посмотрел на неё, когда мы подъехали к красному светофору.

— Так что, ты влюбилась в кого-нибудь прошлой ночью, или ты рассчитываешь, что это соглашение с итальянской версией Неда Фландерса сработает?