И чем больше я читал, тем холоднее мне становилось.

Эти мысли. Эти размышления.

Я видел их внутри себя.

Миллер говорил о том, как он разделял мир на тех, кто заслуживает спасения, и тех, кто нет. Что есть люди, которые заслуживают второго шанса, а есть те, кто лишь разрушает сам себя. Что такие могли бы послужить на благо.

И все это звучало так... знакомо.

Слова. Фразы. Манера выражаться.

Я узнал себя в нем.

Боже мой. Это невозможно.

Я бросил читать, когда в какой-то момент осознал, что мои руки дрожат. Я сидел, уставившись в экран, чувствуя, как все внутри меня обрушивается.

Если это правда... Если мне пересадили органы убийцы...

Кем я теперь стал?

Я не убивал. Нет.

Но тогда почему эти картины в моей голове такие яркие? Почему каждое утро я просыпаюсь с ощущением, что сделал что-то неправильное?

А если...

Если это я?

Я пытаюсь убедить себя, что это просто паранойя. Просто совпадения. Но что, если это не так?

Что, если я теперь тоже убийца, только сам этого не помню?»

Гнетущая тишина, разрываемая тиканьем настенных часов, сжирала драгоценные секунды. Джеймс Сэвидж сидел напротив Картера, чувствуя на себе его ледяной взгляд. Рядом с Картером лежала папка с документами — доказательство того, что Джеймс поместил образец ДНК Миллера в общий список. И доказательство того, что опасения детектива были небеспочвенными.

— Вы понимаете, что вы сделали? — Картер заговорил наконец, его голос был низким, но в нем чувствовалась сталь.

— Я понимаю, — Джеймс устало потер лицо. — Но у нас не было другого выбора.

Картер поднял взгляд, холодный и тяжелый.

— Не было другого выбора? — его голос сорвался на язвительную интонацию. — Вы сознательно нарушили процедуру, поставив под угрозу не только дело, но и репутацию всего департамента. Вы даже понимаете, что теперь адвокат Миллера может это использовать?

— Да поймите вы! — Джеймс резко поднялся. — Это был единственный способ выяснить правду. Если бы Миллер был не виновен, никто бы не узнал об этом.

Картер выдохнул, покачав головой.

— Вы действительно думаете, что суд примет это как доказательство? Знаете, что они скажут? Что вы сфабриковали улики.

Джеймс резко выдохнул, его пальцы нервно барабанили по столу.

— Но у нас же совпадение, чем вы недовольны, агент Картер?

— Частичное совпадение, — Дэвид поднял палец, останавливая его. — Образец содержал примеси, если вы забыли. Это вероятная улика, Сэвидж. Не доказательство. Судьи хотят четкого профиля, а не статистики.

— Но вы же сами делали ставку на результаты…

— Да, в ходе расследования, но уж точно не использовать это как прямое доказательство! — выпалил федерал. — Это стало бы отличным подспорьем к другим уликам, но сейчас любой дурак решит, что это ангажированные результаты, чтобы вытащить вас и весь ваш департамент из того дерьма, в котором вы оказались.

Джеймс сделал шаг вперед, пнув стул на своем пути.

— Мы теряем время, Картер! Нам необходимо задержать его, пока он не сорвался и мы не получили очередной труп!

Картер не шелохнулся, сохраняя внешнюю невозмутимость, но в глазах сверкал гнев.

— И что мы предъявим? Частичное совпадение профиля? Обвинения, основанные на ваши подозрениях? Вы даже понимаете, во что втянули всех нас?

— Я пытался сделать хоть что-то! — противостояние Картера лишь сильнее распаляло Сэвиджа. — Вместо того чтобы заниматься убийствами, вы уперлись, как баран, в этот фиксал! Мне вот интересно, будь совпадение с Боуманом, вы точно так же бы препирались? Или сразу отправились бы в суд на пересмотр дела.

Желваки на скулах Картера заходили ходуном, но, кажется, Джеймс попал в точку. Агент очень хотел что-то ответить, поставить Сэвиджа на место, но не мог. Вместо этого, после продолжительного молчания, он спросил: