— Ты как всегда прав, старина. Пути назад нет. Пойдём, нас наверняка уже ждут…

***

— Слушайте меня! Слушайте меня! — прокричал Биф, держа над собой лист бумаги.

После окончания дневной смены несколько колокольчиков затрезвонило у подножия Тепловой башни на основной площадке для Сбора. Самое тёплое и надежное место во всём городе вновь собрало почти всех жителей для утверждения новых законов. Каждый день утренний и вечерний сбор, это не просто распределение обязанностей и решение проблем, это стремление сплотить еще не угасшее общество.

С этими мыслями Биф взглянул на младших. Дети дрожали — нет не от холода, у Генератора тепло, но от страха. Все молча слушали, внимали губернатора словам.

— Как вы все знаете, сегодня наши рабочие завершили строительство лазарета. Я долго думал и пришёл к решению в котором говорит не нужда, а доброе сердце. Наше будущее — это дети! И это значит, что привлекать их к тяжелому труду, всё равно что убить любую нашу надежду. Мы построим убежище! Таково моё решение!

Толпа одобрительно загудела. Пусть и не все, но многие придерживались мнения, что тяжёлый труд для детей на таком холоде невыносимое бремя. Даже в столь тяжёлые времена найдутся те, кто не видит ничего плохого в том, чтобы дети работали на равных со взрослыми. И пусть они не согласны с решением о детском приюте, но всё-таки одобрят помощь детей в теплицах и лазарете.

— Дети будут в безопасности, если их оставлять на день в детских убежищах - заодно и не набедокурят! Однако, образование - ключ к нашему будущему. Давайте будем учить детей медицине, чтобы они помогали с лечением.

Это был редкий хороший вечер. Впервые за столько времени Биф увидел улыбки на лицах людей. Генератор издает успокаивающий шум и согревает всех. Но он должен завершить речь. Только твердость спасёт жителей города от голодной смерти.

— Мне жаль, но я вынужден огласить весь список решений. Они были бы неприемлемы в прошлой жизни, но сейчас, я считаю, мы нуждаемся в них.

На общем собрании вновь наступила тишина, нарушаемая лишь щемящими, тягостными причитаниями ветра да вьюги. Они верят губернатору и согласятся с его выбором.

— Мы можем добавлять в еду опилки для сытности - правда, сама еда не станет от этого вкуснее... или здоровее. Охотникам сейчас приходится непросто, ночные рейды в бурю не приносят достаточно добычи уже несколько дней.

— Но ведь с этим нужно что-то делать! — крикнул кто-то из толпы.

— И мы делаем, Лари! — ответил Биф. — Экспедиция на север вот-вот приведёт беженцев из аванпоста Дойчланд. Более двадцати человек усилят наши Охотничьи отряды, а опытные немецкие инженеры помогут нам в сооружении теплиц и модернизации Тепловой башни.

Обвёл взглядом море глаз, взирающих на него с тревогой и надеждой.

— Погода вновь ухудшается, друзья. Пока мы не найдём Паровые ядра, наши жизни висят на волоске и зависят от рукотворного солнца за моей спиной. Но я верю в вас! И уверен, что мы сумеем повысить производительность башни и поднять показатель температуры в зданиях на новый уровень.

Внезапно Биф улыбнулся.

— Некоторые из вас ждали моего решения касаемо дуэлей. Мое решение не изменилось — дуэлянты вне закона! Нет! Нет и точка! Нас осталось слишком мало, чтобы убивать друг друга по любым пустякам. Но всем вам было интересно чем же занималась бригада Бора в свободное от работы время… — Биф посмотрел на крепкого детину с сигарой в зубах. Пожалуй этот здоровяк единственный в Нью-Бэлфасте, кто не одевал на себя по три телогрейки даже в самый холодный период. — Мистер Ковинский, вам слово!

— Мы тут вообщем посовещались с капитаном… и я подумал — нахрена нам эти дуэли, когда есть старые добрые кулаки?

Бор махнул двоим парням, и те поспешили скинуть брезент с нового круглого строения.

— Добро пожаловать в бойцовский клуб, леди и джентельмены! Лучший способ снять напряжение - это посмотреть хорошую драку!

***

Накидки бойцов взмокли от пота, покрылись темными пятнами. Огромные карие глаза мужчин были прищурены, чтобы не отвлекаться на постороннее, ноги вновь отбивали мощный размеренный ритм. Соперники хлестали руками в стороны, вскидывали лобастые головы, поражённые крепкими кулаками. Вокруг кричали зрители. От жара тел бойцов и жара огня, ярко пылавшего вопреки снежным хлопьям и ветру, проникавшим внутрь сквозь дымовое отверстие в крыше, в стенах зала было тепло и уютно.

Что творится снаружи, понимали все. Управлять этим ветром и снегом, как обычным ненастьем, нечего было и думать. Нет — это война. Война человека и природы. Однако плясать, пировать и веселиться, назло буйству вьюги британцы вполне могли. Рыжие отсветы огня зловеще мерцали на разгоряченных лицах. Они Лондонцы. Они устоят.

Даже Бэйлиш пришёл взглянуть на бои. Ведь даже у слуг и аристократов порой кипит кровь к первобытному азарту.

Биф отхлебнул из кружки. Пойло было «хорошим», ему даже удалось слегка поморщиться.

— Новости?

— Экспедиция из Дойчланда вернулась, сэр. Они уже спускаются в город.

— Много-ли с ними людей? — громче, чем собирался, спросил Биф, чтобы Бэйли сумел расслышать его за шумом восторга от драки.

— Двадцать три человека, сэр. Не считая группы Фрида!

— Ещё работники на лесопилку… Что с группой Обрайта? Их пока не видать?

— Нет, сэр! — сказал Бэйли прихлебывая горячий напиток. — Нам остаётся надеятся лишь на господа…

***