Я определенно так и сделаю, но я ценю его усилия. — Ты устроишь мне экскурсию позже?

— Я бы с удовольствием.

Майкл целует наши сцепленные руки, паркуя машину на кольцевой подъездной дорожке. — Готова?

Я киваю, хотя мой живот сводит судорогой. Майкл вылезает из машины и подходит, чтобы открыть мою дверь. Он протягивает мне руку, чтобы помочь. Какой джентльмен. Пока он не ущипнул меня за задницу.

Я взвизгиваю и игриво шлепаю его по груди, но прежде чем я успеваю отстраниться от него, он притягивает меня к себе и целует меня до тех пор, пока узлы не ослабевают.

Глядя на дом, я сразу же чувствую тепло, исходящее от его белых оштукатуренных стен и красной черепичной крыши. Взяв меня за руку, Майкл ведет меня через очаровательный сад на открытом воздухе в дом. Атмосфера дома тут же окутывает меня, как теплое одеяло. Откуда-то из дома играет мягкая классическая музыка. Фойе просторное и светлое, с угасающим солнечным светом, льющимся из окон второго этажа и отражающимся от ослепительной люстры, висящей высоко над головой. Большая лестница тянется наверх к площадке, которая напоминает мне балкон с открытыми перилами в виде колонн.

— Сюда, — пока я следую за Майклом по дому, соблазнительный аромат лазаньи становится сильнее, наполняя воздух и заставляя мой живот урчать.

Майкл смотрит на меня. — Голодная?

— Голодная, — бросаю я обратно.

— Майкл, это ты? — раздается женский голос из открытой двери впереди.

— Да, — Майкл сжимает мою руку, прежде чем понизить голос и спросить меня: — Ты готова?

— Поторопись, сынок. Мы голодны, — знакомый глубокий тембр запускает предупреждающий звонок в моем сознании.

Как будто я уже слышала это раньше.

Мои шаги спотыкаются, и Майкл чувствует мои колебания. — Все в порядке? Тебе нечего бояться. Они полюбят тебя.

Я хочу сказать ему, что меня беспокоит не это, но я даже не знаю, как выразить словами то, что беспокоит. Мой разум кричит мне, чтобы я развернулась и ушла, потому что за этим углом меня не ждет ничего хорошего.

— Но если ты не готова, просто скажи, — Майкл ищет ответ на моем лице, но я знаю, что он его не найдет, потому что у меня его нет.

Теплая ласка его пальцев на моей щеке помогает мне прояснить мысли, и я качаю головой.

— Нет. Я хочу с ними встретиться.

Конечно, я просто параноик. Встреча со странной женщиной вчера потрясла меня, заставив каждый незнакомый голос звучать как опасность.

Майкл целует меня в губы, а затем улыбается, прежде чем мы продолжаем идти по коридору. Каждый шаг кажется тяжелым, как будто меня ведут на казнь.

Я говорю себе, что я глупая. Что я позволяю своему прошлому управлять моим настоящим. Но тихий голос возвращается с удвоенной силой и кричит мне, чтобы я повернулась и бежала.

Я должна была послушать.

Мы заворачиваем за угол и входим в столовую. Мой взгляд тут же останавливается на мужчине, сидящем во главе стола, старой копии Майкла и его брата. Я замираю и игнорирую попытки Майкла подтянуть меня вперед, потому что мой мир рушится вокруг меня. Все чувство безопасности и любви, которое я обрела с тех пор, как Майкл спас меня, разрушено.

Потому что человек, сидящий во главе стола, — Данте ДиАнджело, дон итальянской мафии, лидер Верховного стола… и мой крестный отец.

Роуз

Ненавидит ли меня Бог? Я сделал что-то, что оскорбило вселенную? Потому что, конечно, кажется, что судьба объединилась с кармой, чтобы играть с моей жизнью, как будто я их новая блестящая игрушка.

Потому что Майкл — не Майкл Галло. Он — Майкл ДиАнджело.

Старший сын самой могущественной преступной семьи в Майами, следующий в очереди на место главы Верховного стола… и отец моего сына.

Если бы ситуация не была такой хреновой, это было бы смешно.

Я была ребенком, когда в последний раз видела Данте и его жену Элис. На похоронах моей матери, если быть точной. До этого мама никогда не разрешала мне посещать никакие мероприятия Верховного стола. Она утверждала, что я слишком мала. Поэтому я никогда не встречалась с Майклом. И даже если бы я это делала, я на десять лет моложе его. Он бы не уделил время неуклюжему подростку.

Как я могла быть таким слепой?

Знаки были налицо, и я глупо игнорировала каждый из них вместо того, чтобы подвергнуть их сомнению. Я могла бы списать свою непреодолимую тревогу по поводу воссоединения с Лиамом на свою слепоту, но это не оправдание.

От нашей таинственной первой встречи до моего спасения, до его роскошного пентхауса и охраняемого семейного дома, каждый момент прокручивается в моей голове, как бесконечная кинолента. Только на этот раз я смотрю ясными глазами, а не через розовые очки, видя правду в каждом моменте.