Переведя взгляд на эльфийского правителя, она не увидела ничего. Ни один мускул на его лице не дрогнул, оставаясь безмятежно спокойным, словно камень был лишь простой безделушкой.

Однако взгляд Сезанны задержался на Славеле. Его глаза блестели, в них плясали озорные огоньки, словно он едва сдерживал смех. Правительница и маг-наставник, стоявший рядом с ней, обменялись короткими взглядами, в которых тоже читалось скрытое веселье.

Наваждение? Или всё же ей это не показалось? Девушка мысленно одёрнула себя. «Нет, наверное, мне всё это кажется. Или просто нервы шалят».

Дальше настала очередь людского короля дарить подарки.

И гномы, и эльфы получили по огромному сундуку с лучшими тканями, с трудом внесёнными восемью слугами. Ткани переливались богатством красок и текстур, словно воплощая величие людского королевства.

Теперь настало время эльфийского правителя. С благородной сдержанностью он подошёл к дарению.

Людскому королю были вручены два небольших мешочка.

— В одном из них семена недавно выведенных цветов, чья красота затмит все известные вам растения. А в другом — семена хлебного дерева, — начал правитель, его голос звучал чётко и уверенно. — Его плоды вкусны и питательны, как свежевыпеченный хлеб. С помощью этого дерева вы сможете навсегда решить проблему продовольствия в самых отдалённых уголках вашего королевства.

Король людей поблагодарил, принимая дар с искренним восхищением.

— Для вас, Мортишь, у нас тоже два подарка, — обратился эльфийский правитель к гному. — Один подарок — от нас, другой — от дворца.

По жесту правителя в зал внесли два футляра. Мортишь посмотрел на них с лёгким недоумением. Эльфийский правитель сначала передал ему первый футляр.

— Эту секиру мы обнаружили в закромах нашего дворца. Как она туда попала, неизвестно, — сказал он, открывая футляр.

Гном, взглянув на содержимое, едва не выронил футляр себе на ноги. Секира оказалась легендарной, давно утерянной секирой Арасида. От её вида гномы, сопровождавшие Мортиша, разразились торжественным ревом, перекрывшим даже музыку. Зал ожил — все были поражены величием подарка.

Следующим был второй футляр. Мортишь открыл его с благоговением и застыл, заворожённо глядя на содержимое. На этот раз это была не легенда, а настоящее произведение искусства — новая, невиданная ранее секира. Её лезвия, расположенные с двух сторон, сияли смертоносной остротой. Основание украшал искусно выполненный череп, от которого к лезвиям тянулись вычурные языки пламени. Оружие излучало скрытую мощь, которую можно было ощутить кожей.

— Не хотите ли испытать секиру, уважаемый Мортишь? — с лёгкой улыбкой предложил правитель.

Гном поднял взгляд, выведенный из оцепенения словами эльфа. Он поднялся и произнёс, его голос звучал громко и твёрдо, эхом разлетаясь по залу:

— Уважаемый Ларион! Прежде всего, я хочу принести свои извинения за недостойное поведение много лет назад в этом зале. Сегодня вы не только поразили нас необыкновенным представлением, но и доказали, что эльфы могут создавать оружие, не уступающее, а возможно, и превосходящее мастерство гномов.

Эти слова вызвали оживлённое обсуждение среди собравшихся. Мортишь вновь взглянул на новую секиру, и на его лице появилась гордая, но тёплая улыбка.

— Мне не нужно испытывать оружие, чтобы чувствовать его свойства, — начал Мортишь, не сводя восхищенного взгляда с секиры. — Этот металл многократно превосходит по прочности все известные гномам сорта. А рукоять… Она вообще из какого-то немыслимого материала! До сегодняшнего дня я думал, что невозможно достичь такой легкости и прочности одновременно. Искусное исполнение просто поражает! И эта необычная форма… она мне всё больше нравится. Но знаете, я всё же хочу её испытать! Принесите мою секиру.

По его приказу гномы вмиг принесли старую секиру Мортиша и тяжёлую деревянную чурку. Положив своё оружие на подставку, он размахнулся и со страшной силой обрушил новый подарок на свою некогда любимую секиру.

Со свистом двойное лезвие новой секиры опустилось на старую. Удар оказался настолько мощным, что старая секира была разрублена надвое, а лезвие нового оружия вошло в дерево почти наполовину. Сезанна, как и большинство присутствующих, не могла поверить своим глазам. Гномий металл, который считался практически неуязвимым, уступил. Но ещё большее впечатление произвело то, что на лезвии новой секиры не осталось ни царапины.

Поражённый Мортишь застыл на месте, словно сомневаясь в том, что увидел собственными глазами.

— Ну что ж, прошу всех к столу! — прервал тишину эльфийский правитель, улыбнувшись. — Хочу заранее предупредить: в синих кувшинах и бокалах находится более крепкое эльфийское вино. Если не уверены в своих силах — не злоупотребляйте.

Толпа радостно загомонила, оживившись после впечатляющего представления, и потекла к накрытым столам во дворцовом саду. Гномы, собравшись тесной группой, вполголоса обсуждали произошедшее, их удивление буквально висело в воздухе.