Несмотря на то, что ювелир работал, что называется, на износ и за зиму успел изготовить достаточно много, с деньгами из-за этого сильно лучше не стало. В Курске просто некому это продать. Честно сказать, я немного сглупил, сосредоточив внимание на изготовлении самых дорогих украшений, в которых использовались довольно крупные камни. Здесь за эти, не побоюсь этого слова, шедевры нормальную цену не получить, а что-нибудь попроще, что было бы по карману местным богатеям, я сделать не додумался. Как говорится, сам себе злобный Буратино. Благо хоть наши кафешки работали как надо и приносили стабильный доход, а то можно было и загрустить.

На самом деле я, конечно, утрирую и нынешнего дохода нам хватает на все и даже больше, но ведь человек так устроен, что сколько ему ни дай, а все мало будет. Вот и я сам на себя ворчать начал, что не додумался заказать, что называется, ширпотреб, который можно было бы продать в Курске.

Только и осталось надеяться, что в дальнейшем я буду действовать более разумно, хотя это вряд ли. Всё-таки молодость, она даже со старыми мозгами заставляет торопиться и спешить.

Как бы там ни было, а за зиму ювелир изготовил три действительно дорогих и очень оригинальных, как для этого времени, гарнитура, поэтому мне теперь есть с чем ехать в столицу. Есть у меня надежда, что вырученных за них средств с лихвой хватит на все мои задумки.

Да и достойное жилье приобрести в столице смогу, ведь мы едем туда всей семьёй, соответственно, и жить лучше в своём доме.

Уже перед самой посевной к нам прибыл человек графа. Он неожиданно привёз подорожную грамоту, благодаря которой по пути в столицу мы сможем пользоваться ямщиками. Это в разы ускорит наше прибытие. Похоже, нас там с нетерпением ждут. Конечно, в письме графа, переданном нам вместе с подорожной грамотой, ничего такого написано не было, но судя по тому, как он чуть не пошагово описал дорогу, догадаться об этом было несложно.

У меня вообще сложилось впечатление, что у него там подгорает. Не знаю, почему так решил, но вот возникло такое чувство, и всё тут.

Тем не менее торопиться я все равно не стал. Договорились, что выедем после посевной, значит так и сделаем. Мало ли как все сложится в этой столице, вдруг придётся возвращаться не солоно хлебавши, поэтому если в поместье все будет хорошо, то и мы будем спокойнее себя чувствовать, понимая, что после возвращения у нас в жизни ничего не поменяется.

Сама посевная прошла буднично, быстро и, я бы сказал, с огоньком. Изготовленный зимой культиватор работал на загляденье и поразил крестьян своей производительностью. Я даже заказал до отъезда ещё сразу два таких агрегата, очень уж они пришлись ко двору. Сеялка ещё в прошлом году подняла производительность, а когда их стало три, работа вообще ускорилась в разы.

В итоге с посевной в этом году управились гораздо быстрее, чем рассчитывали, и даже соседям немного помогли, там у одного помещика большая группа крестьян не успели вовремя вернуться с отхожих промыслов. Вот и пришлось нам его выручать.

Как бы там ни было, а со всеми своими делами мы управились, и пришло время отправляться в путь.

Честно сказать, граф своей подорожной грамотей мне немного подгадил. Я ведь собирался забрать с собой своих пацанов и пятерых отставников, которые мало-помалу всё-таки стали частью команды, и я даже определился, как буду каждого из них использовать в дальнейшем. Сейчас же о том, чтобы ехать всем вместе, и речи идти не может. Поэтому нам поневоле придется разделиться.

Понятно, что я еду с мамой и сёстрами, это даже не обсуждается, как и то, что с нами будет одна из горничных, а вот кого-то из пацанов или бывших солдат взять не получится, просто нет такой возможности. Все уже выходит в притирку, и таким образом мы остаемся без охраны, что, по моему мнению, очень плохо, если не сказать громче.

Поначалу, осознав это всё, я даже думал отказаться от такого способа передвижения, но потом махнул на это рукой. Просто на всякий случай вооружился двумя револьверами и посчитал, что этого достаточно. Всё-таки поедем не по диким местам, может, и обойдётся.

Собрались в эту поездку мы на порядок проще, чем при переезде в поместье. С собой и везли-то всего пару коробов вещей и кое-какие незначительные припасы для быстрого перекуса.

Вот тоже поле деятельности, которое я упустил. Пока мы собирались в дальнюю дорогу, обнаружился неприятный момент. У нас не было дорожных чемоданов, и они здесь не продавались в принципе. Народ обходится всякими кофрами, коробами, зачастую плетеными, или вовсе сундуками.

Пришлось и нам тоже использовать что-то такое, времени на пошив чего-то приемлемого не осталось. Благо мама не стала спорить, когда я предложил ей обойтись пока самым необходимым и уже в столице полностью обновить гардероб. Можно было бы и впросак попасть начни она настаивать на нормальном багаже, как хотела изначально.

Как бы там ни было, а мы наконец собрались и отправились в путь.

Путешествовать подобным образом оказалось намного быстрее и при этом намного тяжелей. Всё-таки проводить день за днем в несущейся на всех парах карете, немного разминая ноги во время смены экипажей, это тяжело, особенно детям. Тряска, от которой никакие мягкие подстилки не спасали, выматывала настолько, что мы не успевали до конца восстановиться во время ночевок, поэтому в Москву прибыли убитыми напрочь. Устали настолько, что я наплевал на спешку и предложил маме хотя бы сутки передохнуть в гостинице, что мы и сделали. Притом задержались аж на три дня. Так уж получилось, что у меня совершенно не было желания везти семью в вагонах второго или третьего класса (потому что это реальное убожество), а в вагонах первого класса просто не оказалось свободных мест.