— Как ты их получил? — спрашивает она, обращая внимание на верхнюю часть моего бедра, отчего у меня кровь стынет в жилах.

— Это история для другого раза. — Я не хочу пока пугать ее опасностями своей жизни. — А что насчет тебя?

Она на мгновение опускает голову. Не так уж много нужно знать. Я застенчивая девушка без жизни, которая любит рисовать.

— Чушь собачья, — заявляю я так же, как и она. — Ты одна из самых интересных людей, которых я когда-либо встречал.

— Одна из? — Она поднимает брови.

— Я встречал сумасшедших людей, Лисичка. Худших из них я, к сожалению, считаю семьей.

— Не могу дождаться, когда познакомлюсь с ними со всеми. Стелла и Эмми…

— Сумасшедшие?

Она хихикает.

— Да, что-то вроде этого. Я знаю Эмми всю свою жизнь. Она всегда была одной из неприкасаемых. Общение с Арчером Вульфом и другими в Ловелле дает такую защиту. Но несмотря на то, что она младше меня, она всегда была такой…

— Такой… — подталкиваю я.

— Твердой. Уверенной в себе. Красивой.

— Не такая красивая, как ты, — возражаю я. — А вот насчет уверенности Эмми она права. Она уверена в себе, и это придает ей неприкасаемую ауру. — Но ты такая же уверенная. Я не знаю многих девушек, у которых хватило бы смелости делать то, что делаешь ты.

Ее щеки раскраснелись, и она не сводит глаз с прилавка.

— Это не чушь, — мягко говорю я, протягивая руку к ее щеке и открывая глаза.

Ее светло-голубые глаза находят мои.

Со слегка припухшими после плача глазами, без макияжа и с небрежно уложенными после сна волосами она выглядит моложе своих восемнадцати лет.

В таком виде трудно поверить, что у нее хватает уверенности в себе, чтобы надеть сексуальный корсет и туфли на высоких каблуках и танцевать перед сотнями людей. Мужчинами.

Волна чувства собственничества, которая накатывает на меня при мысли обо всех этих взглядах на нее, заставляет меня шататься на ногах.

— То, как ты носишь свою уверенность… это чертовски завораживает. Дух захватывает.

Она снова пытается отвести взгляд, но я не даю ей этого сделать.

— Я знаю, ты думаешь, что Блейк сексуальнее тебя, но это не так. Я видел твою сестру только в другом конце комнаты, и, конечно, она красива, надо быть слепым, чтобы не видеть этого. Но ей не сравниться с тобой, Иви. Ты очаровываешь меня так, как никто из тех, кого я когда-либо встречал. И, как никто из тех, кого я когда-либо видел.

Она облизнула губы и нервно сглотнула.

— Как-нибудь я найду способ заставить тебя поверить мне, — вздыхаю я, наклоняясь вперед, чтобы прикоснуться своими губами к ее. — Я помню, как ты впервые вошла в комнату. Из всех девушек на папином рождественском вечере покера я увидел только тебя, — признаюсь я, снова нежно целуя ее. — Я не мог оторвать от тебя глаз.

— Я знаю, — шепчет она. — Я чувствовала это.

— Правда? — спрашиваю я, ощущая покалывания, когда ее признание обволакивает меня. — Я был так зол, когда нашел тебя в своей комнате. Я знаю, какими могут быть эти девушки, и я думал, что ты другая. Но ты была…

— Я не воровала, Алекс. Я обещаю, я…

— Теперь я это знаю, маленькая воровка, — поддразниваю я.

— Правда? — спрашивает она, не сводя с меня глаз.

— Да. — Чириканье птиц снаружи заполняет пространство вокруг нас, а мое сердце продолжает пытаться вырваться из груди. Иметь ее здесь, рядом с собой… это то, о чем только можно мечтать. — Я понял, что облажался в ту секунду, когда ты убежала, но я был под кайфом от этого умопомрачительного минета, чтобы соображать, и к тому времени, когда я погнался за тобой, ты уже ушла.

Моя рука опускается с ее щеки и скользит по горлу, позволяя мне почувствовать ее бешеный пульс.

— Я искал тебя. Но все, что у меня было, — это твои красные туфли и воспоминание о твоих губах, обхвативших мой член. Не так уж и много, по большому счету.

— Как Золушка, — говорит она, заставляя меня поднять брови.

— А?

— Она оставила Прекрасному Принцу стеклянную туфельку. Он объездил весь город, пытаясь найти девушку, которой она подойдет.

— Поверь мне, Иви. Если бы я не думал, что в итоге у меня будет миллион девушек с пятым размером ноги, я бы поступил точно так же.

Она наклоняет голову в сторону, изучая меня.

— Опасные мужчины, с которыми ты работаешь, знают, какой ты романтик?

— Не могу сказать, что я когда-либо признавался им в своих чувствах так честно, так что нет, я надеюсь, что они не знают.

Она смеется. Мягкий звук плывет вокруг меня, заставляя мои волосы встать дыбом, а яйца напрячься.

Черт. Эта женщина.

Я зависим.

— Я бы не перестал тебя искать, — честно говорю я ей.

Она качает головой в недоумении.