9

ИВИ

Проснувшись на следующее утро, я чувствую себя легче. После встречи с Алексом и его объятий у меня появилось больше надежды.

Мне хочется верить, что все, через что я прошла, что меня заставили раздеться перед Мистером Зло и его более дружелюбным товарищем, было какой-то извращенной шуткой, чтобы проверить мою силу, мою способность стать частью жизни Алекса. Либо так, либо это был кошмар, которого на самом деле никогда не было. К сожалению, я знаю, что ни то, ни другое не соответствует действительности.

Вытянув руку, я ищу его на другой стороне кровати, но ничего не нахожу.

— Что за… — Я поспешно поднимаюсь.

Пожалуйста, нет. Пожалуйста, скажите, что мне это не приснилось.

Я оглядываю комнату, но не нахожу никаких признаков его присутствия, хотя с опущенными жалюзи разглядеть что-либо практически невозможно.

Вскакиваю с кровати, сердце замирает при мысли о том, что его присутствие здесь прошлой ночью было не более чем плодом моего воображения.

Этого не может быть. Все было так реально. Его голос, его прикосновения, его поцелуй.

Я мчусь в ванную и замираю, когда нахожу кучу одежды, которую он скинул прошлой ночью.

Весь воздух вырывается из моих легких.

Он здесь. Он действительно здесь.

Я быстро привожу себя в порядок. Затем надеваю майку и шорты и отправляюсь на поиски.

В доме царит тишина, пока я иду к лестнице, хотя до меня доносится запах чего-то сладкого, что заставляет мой желудок урчать от голода.

Когда я спускаюсь по лестнице, в моих ушах звучит глубокий гул его голоса. Но когда мои ноги ступают на деревянный пол, и я оглядываюсь по сторонам, я не могу его найти.

Теплый ветерок проникает в гостиную, и, повернув за угол, я резко останавливаюсь.

Он сидит в кресле на террасе, на нем только пара черных боксеров. Благодаря солнечному свету его живот выглядит еще более аппетитно, чем обычно, а V-образные линии, исчезающие в трусах, выглядят еще более глубокими, чем раньше. Его волосы взъерошены после сна, а щетина на лице начинает превращаться в бороду.

Я стою в тени гостиной и наблюдаю за ним, пока он слушает, что говорит собеседник. Ему это не очень нравится, что бы это ни было, потому что на его лбу появляется глубокая хмурая складка.

— Ты серьезно хочешь мне сказать, что мы зашли так далеко, а теперь ты уперся в стену?

Он качает головой.

— Я думал, что вы с Тоби чертовски хороши в этом деле, — жалуется он. Из того, что Эмми и Стелла рассказали мне об их компании, я знаю, что Тоби — один из их друзей.

— Да, — вздыхает он, проводя рукой по волосам. — Я знаю, я все понимаю. Я просто… Я не хочу этого для нее, чувак. Она заслуживает лучшего.

У меня перехватывает дыхание. Он говорит обо мне?

— Да, я знаю. Все, о чем я только мог мечтать, но дело не в этом.

Он снова замолкает, опускается в кресло и откидывает голову назад. Закрыв глаза, он стискивает зубы, заставляя челюсть подрагивать от разочарования.

— Да. Понятно. — Он смеется, но это не его обычный беззаботный смех, он полон напряжения и неопределенности. Я ненавижу это. — Уверен, я справлюсь. Пожалуйста, просто… убедись, что они в безопасности, хорошо? Это важно. — Пауза. — Я знаю. — Вздох. — Узнай, блядь, его имя, Тео. И не позволяй никому, блядь, прикасаться к нему. Мне плевать, как сильно Деймон хочет посмотреть, как он истекает кровью. Эта гнида — моя.

Шок от злобы в его голосе пронзает меня до такой степени, что я вынуждена протянуть руку и опереться на мебель.

— Я разорву его на части, блядь. Никто не тронет то, что принадлежит мне. Никто.

Грубость его голоса, собственничество в каждом слове пронзают меня насквозь, отчего у меня слабеют ноги.

Он говорит обо мне, верно? Пожалуйста, пусть он говорит обо мне.

Это безумие. Иррационально. Я никому не принадлежу, и неважно, сколько кто-то готов за меня заплатить. Но я хочу быть его. Когда он сказал это прошлой ночью, перед тем как заснуть, это значило для меня все.

Это безумие. Сколько я его знаю? Всего несколько дней. Но эта связь, это напряжение, которое возникает между нами, когда мы находимся рядом? Она вызывает привыкание. Он вызывает зависимость. И несмотря ни на что, именно его я хочу видеть рядом с собой, чтобы пройти через все, что происходит.

Он испускает еще один тяжелый вздох, его ноги становятся шире, а вторая рука опускается в знак поражения.

— Да, хорошо. Мы будем здесь. Наслаждайся этим шикарным самолетом. Не могу сказать, что я расстроен тем, что пропустил все это действо, даже если мне пришлось лететь коммерческим рейсом и сидеть рядом с каким-то случайным человеком, который выглядел более чем напуганным мной. — Он смеется, и на этот раз более искренне, более по-своему. — Да, наверное. Конечно. Скоро увидимся, — обещает он, прежде чем повесить трубку. Он опускает вторую руку, позволяя ей повиснуть на подлокотнике, телефон все еще в его руках, прежде чем он издает разочарованный стон.