Поднявшись, я роюсь в сумке в поисках чего-нибудь подходящего. Я могу только предположить, что Блейк собрала ее для меня, потому что в ней все мои любимые вещи. Мое сердце радуется за нее, но в то же время болит. Я очень скучаю по ним обоим. Мы никогда не разлучались надолго. А я даже не успела обнять их на прощание.

Вытаскивая бикини, я смотрю на огромные окна, за которыми виден прекрасный летний день.

Не раздумывая, я натягиваю красный купальник, а затем дополняю его черной накидкой. Не то чтобы она что-то закрывала, она такая прозрачная. Но так я чувствую себя менее уязвимой.

Я укладываю волосы в небрежные локоны и оставляю лицо без макияжа. Прежде чем покинуть безопасное место в комнате, я подхожу к окнам. На несколько секунд я сосредотачиваюсь на деревьях и одиночестве, но вскоре движение подо мной отвлекает меня.

Эмми присоединилась к ребятам и сидит на коленях у Тео, ее рука обвивает его шею, а пальцы играют с короткими волосами, пока он говорит.

Я перевожу взгляд на Алекса как раз в тот момент, когда он откидывает голову назад, смеясь.

Мое сердце разрывается, когда я вижу его счастье. Его широкая улыбка, его сияющие глаза.

Мне кажется, что это правильно — быть здесь, быть с ним.

Словно почувствовав мое внимание, он поднимает голову и смотрит на меня завораживающими глазами.

У меня перехватывает дыхание, когда между нами что-то вспыхивает.

Подняв руку с подлокотника кресла, он жестом приглашает меня присоединиться к ним, и я, не задумываясь, поворачиваюсь на пятках и выхожу из комнаты.

С каждым шагом мое сердце бьется все сильнее, поскольку потребность быть ближе к нему возрастает.

Это странное, умопомрачительное чувство после восемнадцати лет отсутствия необходимости быть ближе к кому-либо — во всяком случае, не физически.

Моя кожа нагревается от его внимания задолго до того, как я переступаю порог дома.

Его глаза пожирают меня. Они начинают пристально вглядываться в меня, а затем опускаются вниз по моему телу. Серебро в его глазах темнеет, когда он втягивает нижнюю губу в рот.

Судя по его реакции на меня, любой бы подумал, что я вышла сюда голой.

— Иди сюда, Лисичка, — требует он, и мои ноги взлетают по террасе без всяких указаний со стороны мозга. Как будто мое тело обладает собственным разумом и кричит, чтобы я прижалась к нему.

Как только я оказываюсь на расстоянии прикосновения, он притягивает меня к себе и обхватывает руками за талию.

— Ты выглядишь грешно в этом бикини, Иви, — шепчет он мне на ухо, заставляя каждый волосок на моем теле встать дыбом. — Но я думаю, что на полу оно будет смотреться лучше.

— Я понятия не имею, что он только что сказал, но думаю, что это определенно наш сигнал уходить, — говорит Тео, ставя Эмми на ноги и подталкивая ее вперед.

Губы Алекса скользят по моей шее и останавливаются на изгибе моего плеча.

— Не уходите из-за нас, — бормочет он, прижимаясь к моей коже.

Тео смеется.

— Думаю, для одного дня мы увидели более чем достаточно.

— Моя девочка любит зрителей. Верно, Лисичка?

Я мгновенно замираю от его слов, моя кровь превращается в лед.

— Я видел, как ты танцуешь, как ты наслаждаешься взглядами, обращенными на твое тело. Это возбуждает, не так ли?

— Ладно, мы уходим. Позвони, если что-то понадобится, — говорит Тео, но я слишком поглощена своей паникой, чтобы обращать внимание на то, где они находятся.

— Что случилось? — спрашивает Алекс, его теплое дыхание омывает мою кожу. — Нет ничего плохого в том, чтобы наслаждаться тем, что на тебя смотрят.

— Я… я знаю, я просто…

Мои слова прерываются, когда он обхватывает меня за талию и поворачивает так, что я оказываюсь на нем.

Он двигает мной так, будто я не более чем тряпичная кукла, с которой он может играть. Мне это нравится.

Мне нравится, как его пальцы почти сходятся на моей талии. Мне нравится, что он настолько силен, что я чувствую себя невесомой в его объятиях.

— Я не против того, чтобы люди наблюдали за тобой, если ты об этом беспокоишься, — искренне говорит он, заглядывая мне в глаза.

Мне хочется закрыть их, боясь, что он найдет в них то, что ищет.

Просто расскажи ему о веб-каме, Иви. В этом нет ничего страшного.

Мои губы шевелятся в ответ, но я не успеваю произнести ни слова, как его губы находят мое горло, а руки скользят вверх, чтобы сжать мою грудь.

— Я буду смотреть, как ты танцуешь, или делать все, для чего тебе нужны зрители, в любой день недели, Лисичка. Все, что тебе нужно, — это попросить.