Шрифт:
Впрочем, точно так же, как они проявились, они и исчезли. Оставив после себя страх и ужас от упоминания о том, что этой девушке пришлось пережить.
И… эти эмоции были точно такими же, какие я ощущал раньше. Более хаотичными. Словно она плохо себя контролировала.
Странно. В прошлые разы она вела себя куда… нормальнее, как бы глупо это не звучало. Сейчас же всё выглядело так, словно она не могла собраться. Будто ей было сложно удерживать внимание не то, что на мне, а даже на тех эмоциях, что она испытывала.
Присмотревшись, понял, что кончики ногтей на левой руке неровные и обгрызенные.
Повернулся. Внимательно огляделся по сторонам. На столе несколько упаковок от лапши быстрого приготовления. Недоеденная и завёрнутая в прозрачный полиэтиленовый пакет булка с маком. Рядом недопитая бутылка воды. А под столом…
Подошёл и вытащил лежащий там чёрный пакет, набитый мусором.
— Нет, не надо, — тут же вскинулась она и бросилась ко мне, попытавшись вырвать пакет из рук.
Но я оказался быстрее, просто высыпав его содержимое на стол. Вместе с ворохом бумажек от каких-то дешёвых супов, мятых бумажных обрывком и другого мусора, я увидел небольшой пустой пузырёк. Из прозрачного желтоватого пластика и с защищённой от детей крышкой.
В таких обычно отпускали лекарственные препараты по рецепту.
— Вы раньше принимали таблетки перед встречей с нами? — сделал я вывод и посмотрел на неё.
В этот раз её лицо исказилось от испытываемых эмоций. Губы дрожали. Она хотела что-то сказать, но не могла решиться. Или же просто найти нужные слова. Хоть какие-то слова.
— Скажи мне, Лиза, с тобой правда произошло всё то, о чём ты говорили? Ты сказала правду или всё это была ложь…
— ДА!
Её истошный крик отразился от покрытых пожелтевшими обоями стен и заметался по комнате.
— Я СКАЗАЛА ВАМ ПРАВДУ! — выкрикнула она и я увидела слёзы на её глазах. — ОНИ ИЗДЕВАЛИСЬ НАД НАМИ! ИЗБИВАЛИ НАС! ОНИ ЗАСТАВИЛИ ОЛЮ…
— ЛИЗА!
Мой резкий окрик заставил её буквально вжаться в стену за её спиной.
— Отвечай на мой вопрос, — приказал я, глядя ей в глаза. — Скажи мне правду. То, что ты рассказывала о происходящем в приюте это правда или нет?
Девушка моргнула. Словно мой вопрос её удивил.
— Да, — произнесла она ровным и даже спокойным голосом. — Я сказала вам чистую правду.
В этот момент мне хотелось выругаться. То же самое. Снова. Точно так же, как с Изабеллой или Юлией. Она говорила одно, но в глубине я ощущал тяжелейший конфликт с бурлящими внутри эмоциями. Только вот имелась одна странность.
Тогда ситуация была обратная. Они не лгали, в то время, как эмоции отчётливо говорили об обратном. Сейчас всё происходило с точностью, но наоборот. Елизавета лгала мне прямо в лицо. Но, как? Она ведь находилась под действием Реликвии, а, значит, физически не могла солгать мне. При этом эмоции внутри неё утверждала обратное.
Как так?
Действие приказа прошло вместе с данным на вопрос ответом. Лиза пришла в себя и начала крутить головой, будто бы не понимала, что только что произошло.
— Что… что это было… я не понимаю, я…
— Всё в порядке, — как можно мягче произнёс я, но мои слова возымели абсолютно обратный эффект.
В её глазах загорелся огонёк понимания. А следом за ним и ярости…
— Что ты сделал со мной?!
Так, а вот это совсем не хорошо.
Глава 19
Он приехал так быстро, как только мог. Тон и голос Александра не оставляли места для шуток. Но даже так ему потребовалось почти сорок минут, чтобы добраться из своей клиники, где проходил практику, до этого места.
Выскочив из такси, Виктор кинулся к двери дома, надеясь, что это именно тот адрес, который ему нужен. За спиной на ремне болталась довольно увесистая сумка. Быстро поднявшись по лестнице на нужный этаж, он побежал мимо дверей, рассматривая номера. Заметил, что проскочил, и, запыхавшись, наконец нашел ту, которая была ему нужна. С номером пятьдесят два.
Подойдя к двери, Виктор осторожно толкнул её пальцем, и она со скрипом чуть приоткрылась вовнутрь.
— Саша? — спросил он, всё ещё не рискуя заходить внутрь.
— Вик? Я тут, заходи быстрее!
Мысленно выругавшись и прикинув в голове, насколько сильно это похоже на попытку ограбления или ещё что похуже, Виктор открыл дверь и шагнул внутрь.
И замер.
— Нет, я, конечно, всё понимаю, — пробормотал он, глядя на открывшуюся его глазам картину. — Но это уже даже для тебя перебор…