— И вам доброго утра, Александр Лукич, — поздоровался в ответ граф и тоже задрал голову. — Не будет сегодня непогоды. Ветер хороший.

Как это связано, я не понял. Может и не связано, а просто сказывался опыт егеря.

— Желаете позавтракать?

— Благодарю, но меня из дома не отпустили, пока не накормили досыта.

— Супруга, — одновременно с пониманием и легкой грустью предположил Зотов.

— Нет, — отчего-то смутился я. — Я не женат.

Странно, что при всей его осведомленности обо мне, такого факта он не знал. Хотя, какое это имеет значение, когда речь идет о делах. Впрочем, знал я одного купца, который принципиально не связывался с холостыми. Но не по причине недоверия, а из-за зависти. Вот у него супруга была сущий чёрт.

— И не стоит, — вдруг сказал граф и поспешно добавил: — Простите, ваше сиятельство. Не моё это дело.

— Что вы, не стоит извинений. Я бы с радостью послушал ваше мнение по этому поводу, — воспользовался я моментом, чтобы узнать хоть что-то личное про него.

Зотов вроде хотел что-то сказать, но осекся. Натянуто улыбнулся и покачал головой:

— Молодые сами свой путь выбирать должны, вот моё мнение. А не слушать тех, у кого он не удался. Что же, мы можем отправляться?

— Пожалуй да, — кивнул я.

С собой у меня был термос с кофе и часть провизии в виде бутербродов. Я даже не спросил, далеко ли нам идти, но это было неважно. Полный сил и решимости разобраться с лесной загадкой, я был готов на дальний поход.

Кроме Зотова с нами отправился лишь пес. Мохнатая лайка, так похожая своим окрасом на волка, но с закрученным вверх хвостом. Пес радостно крутился возле нас, периодически нетерпеливо поскуливая. Рвался поноситься вволю, но хозяин знака не давал, пока мы не добрались до границы поля.

Перебрались через овраг и достигли кромки леса.

— Трезор, — указал граф на собаку, — лучший мой нюхач. Ни одного зверя ещё не упустил, кроме того вожака. Ни виню его, на каждого находится кусок не по зубам…

Многозначительность его слов вызвала у меня желание хорошенько так вдарить ментальной магией и выяснить все секреты Зотовых. Ну вот умеют же люди так говорить, что сплошные намеки и недоговорки.

Трезор же ничуть не расстраивался своей неудаче. Счастливо обнюхивал всё вокруг и чуть забегал вперед, но останавливался и оглядывался. Пару раз тявкнул, на что Зотов объяснил мне, что тот почуял белку.

Лес тут был светлым и просторным. Под ногами скрипели листья и ветки, кроны прикрывали как от солнца, так и от ветра. В прохладной тени деревьев на меня сразу же накинулись комары.

И не такие, как в городе, ленивые и несмелые. Здесь насекомые были наглыми и как-то особенно громкими. Конечно же, никаких средств против этих злыдней в моем огромном списке не было. Разве что сачок пригодился бы…

Пока я думал, как бы настроить аспект огня на точечное истребление кровопийц и при этом не подпалить лес, комары стали вспыхивать маленькими огоньками. К моему немалому удивлению, за меня вступился джинн, проявив инициативу.

— Благодарю, — мысленно произнес я.

— Доволен я, Искандер-инсан, — привычно ответил Хакан в моей голове.

— Чудо какое, — заметил Зотов происходящее и остановился, разглядывая крошечные вспышки, окружившие меня. — Артефакт?

— Что-то вроде того, — расплывчато ответил я, задумавшись, возможно ли такое создать.

— Полезная штука, — с уважением сказал граф. — Не желаете сделать привал, пока в чащу не забрались?

Шли мы уже больше часа, но усталости не было. Обувь я приобрел действительно очень удобную и подходящую. Да и воздух тут был пьяняще чистый и вкусный. К тому же жара не достигала нас, так что я решил отложить привал на обратный путь.

Мы двинулись дальше и шли ещё не меньше часа. По мере продвижения лес становился гуще и темнее. По ногами уже стало сыро и местами скользко. Изогнутые корни так и норовили зацепиться за ногу, а комары совсем озверели, так что шел я в окружении огненной ауры.

Остановились мы перед огромным буреломом. Каким-то ненастьем вывернуло старое дерево, и теперь его корневище возвышалось на два человеческих роста.

— Тут мы потеряли след, — тихо сообщил Зотов.

Пес покрутился, принюхался и согласно зарычал.

Я же поежился. Куртка, которую я взял с собой, оказалась слишком легкой. В такой глуши было ощутимо холоднее, к тому же царила высокая влажность, не добавляя уюта.

И снова элементаль пришел на выручку, согрев воздух вокруг меня. Неужели это забота? До этого я не замечал, чтобы джинн без прямого приказа что-либо делал. Вполне вероятно, поддавался влиянию домашних.

Вновь поблагодарив его, я погрузился в иной мир.

И без того тихий лес совсем умолк. Я больше не слышал хриплое дыхание пса и негромкое сопение Зотова. Алексей Романович, судя по всему, слегка простудился.