Говорят, задолго до Смуты в одном из домов этого квартала жил высокоранговый маг Погоды. Кроме способностей к магии, он отличался очень скверным характером. И однажды умудрился насмерть поссориться с собственной тенью.

Неизвестно, что они не поделили. Но маг решил избавиться от тени и сделал так, чтобы над его домом никогда не светило солнце. Заодно накрыл тучами и весь квартал — он ведь не собирался все время сидеть дома.

Переубедить упрямца не мог даже император. Со временем на чудака просто махнули рукой. Некоторые соседи мага предпочли переехать подальше, а в Дождливом квартале начали селиться любители плохой погоды и недорогого жилья.

Однажды старого мага нашли мертвым в собственной спальне. В руке упрямец сжимал обгоревшую спичку.

Видно, тень все же придумала, как добраться до своего хозяина.

Но вот погода над Дождливым кварталом с тех пор так и не наладилась. Слишком сильное заклинание применил маг. Да еще и сделал так, чтобы никто не мог его снять без опасности для себя.

Я с любопытством смотрел на вечно мокрые стены домов, покрытые пятнами плесени. Сырая штукатурка потрескалась, вдоль тротуаров бежали ручейки. Редкие прохожие казались унылыми тенями в клубящемся тумане.

Весь Дождливый квартал был сплошным лабиринтом проходных дворов, арок и закоулков. Посторонние сюда заходили редко. Заблудишься и не выберешься!

На покосившейся, истертой дождями табличке я с трудом разобрал название.

Переулок Слякоти.

Подходящее местечко для загадочного оборотня!

— Вот его дом, — сказала Муромцева, указывая на темный провал подворотни. — Но ворота всегда заперты. Ключи есть только у жильцов и у квартирной хозяйки. А она живет с другой стороны дома, и никого не впускает.

— Разберемся, — жестко усмехнулся Зотов.

Он остановил мобиль, перепрыгнул лужу, которая пузырилась на тротуаре, и пошел к воротам.

Полицейский мобиль, скрипнув тормозами, остановился вслед за нами. Следователь Прудников застегнул ворот мундира, раздраженно поглядывая сквозь очки на пасмурное небо. Миша Кожемяко плотнее нахлобучил фуражку с полицейской кокардой.

— Унылое местечко, — шепнул он мне. — Да к тому же, опасное. По улицам еще можно ходить днем, а во дворы лучше не соваться. Мы здесь каждый месяц облавы устраиваем, да все без толку. Но приезжим нравится — щекочет им нервы.

Он кивком указал на группу людей в цветных дождевиках. Они кружком стояли на другой стороне улицы и внимательно слушали своего провожатого.

— Да и столичные романтики частенько сюда забредают, — добавил Миша. — Некоторых потом так и не находят.

Зотов подергал решетку, которая запирала подворотню. Потом сердито стукнул по ней кулаком, и решетка рассыпалась в прах. На мокрую щербатую брусчатку осела рыжая пыль ржавчины.

— Третий ранг, не меньше, — уважительно сказал Миша. — Вот бы мне так!

— Второй, — бросил через плечо Зотов. — Городовые, за мной!

И быстро зашагал в подворотню. Мы поспешили за ним.

Но тут в глубине двора хлопнула дверь. В просвете арки появилась широкая фигура в нелепом желтом дождевике. Упершись руками в объемистые бока, она визгливо завопила:

— Вы куда лезете?! Сейчас ничего нет, вечером приходите! Пошли прочь отсюда!

— Квартирная хозяйка, — испуганно шепнула Муромцева, хватая меня за руку.

Ее ладошка была мокрой и холодной.

— Тайная служба, — отчетливо сказал Зотов.

Его голос гулко отразился от свода подворотни.

Квартирная хозяйка растерянно охнула и попятилась. Капюшон дождевика сполз, открывая слипшиеся волосы мышиного цвета и полное лицо, перекошенное от страха.

— Тайная? А почему… я же ничего такого…

Не договорив, женщина уставилась на кокарду Мишиной фуражки. Ее мясистое лицо вытянулось, тонкие ниточки выщипанных бровей поползли на лоб.

Мой Дар коротко ударил в ребра.

— Эта женщина что-то знает, — быстро сказал я Зотову. — Но вряд ли дело в Ковшине.

Квартирная хозяйка с ненавистью взглянула на меня и прошипела:

— Тайновидец!

Потом с неожиданной прытью бросилась обратно во двор и пронзительно заверещала:

— Тимофей, облава!

Одно из темных окон под самой крышей распахнулось. Оттуда вылетел большой ящик и грохнулся на брусчатку двора. Зазвенело стекло, во все стороны полетели обломки и осколки. По двору растеклась вонючая лужа.