– А, ну тогда ладно, – решил ретироваться брат. – Надеюсь, обратную дорогу к танцевальному залу вы найдете. До встречи, воробей, – подмигнул Дойл, после чего растворился в воздухе.

Усталость накатила разом, и я, не беспокоясь о том, что обо мне, да еще и в порванном платье, подумает Дэй, припала к камню, начав съезжать по нему вниз. Огневик сориентировался, подхватывая меня и настороженно спрашивая:

– Иви, все в порядке?

– Да… – через силу улыбнулась я. – Просто Дойл оказался слишком силен, и все мои потуги сейчас уходят на то, чтобы не исчезло платье. Надо было маму слушаться и нормальное надеть…

– Так ты что же, голую тьму на прием примерить решила? – удивлению огневика не было предела.

– Ты лучше скажи, как здесь оказался, – решила уйти от скользкой темы я.

– Если честно, ума не приложу, – выдал Дэй. – Просто увидел, как вы таете в воздухе, и потянулся к магическому следу. А когда очнулся, ты уже прижала Дойла к стене.

Я могла бы спросить еще что–нибудь, но силы остались только для того, чтобы прижаться к его груди и слушать, как неровно бьется сердце. Значит, почувствовал и пошел за мной…все же тьма внутри него сделала свое дело. Она же и позволила мне понемногу восстановиться.

– Можем возвращаться обратно, – я оторвалась от Дэя, намереваясь начать переход к замку деда.

– В таком виде пойдешь? – хмыкнул огневик.

Я только сейчас вспомнила, что рвала платье для разборок с Дойлом. Тяжело вздохнув, прикрыла глаза, на ходу переделывая фасон под тот, что был у меня раньше, и услышала, как гулко сглотнул Дэй. Тьма, я же голой перед ним мелькнула…а впрочем, кому какая теперь разница?

– Готов? – словно ничего и не было, спросила я.

Вместо ответа он просто заключил меня в объятия. Перенеслись мы в мгновение ока. Чувствуя, как уверенно ведет меня в круг танцующих Дэй, я не удержалась от любопытства:

– Ты что…действительно меня на танец шел пригласить?!

Уголки его губ дрогнули в улыбке:

– А что, это было не самой удачной идеей?

– Да нет, просто… – на языке вертелись совершенно другие слова. Но я не решилась произнести вслух то, о чем слишком долго думала: учитывая нашу последнюю встречу в ночи, закончившуюся расставанием, мы вообще только мимолетно пересекаться могли, не говоря уже о нормальном диалоге, который, худо–бедно, сейчас происходил. Нет, я ни за что не призналась бы Дэю, что тайно мечтала увидеть хотя бы его улыбку. Естественно, то, что он проявил инициативу, ненадолго выбило меня из колеи.

– В память о том, что когда–то мы все же находились в магической спайке, – будто объясняя свои действия, произнес Дэй, нарушая молчание. Мне не оставалось ничего другого, кроме как рассеянно кивнуть.

Танец не представлял собой ничего сложного: кружение по залу без смены партнеров под плавно льющуюся музыку. Особенность его была в том, что партнеры соприкасались лишь предплечьями, вытянув согнутые в локтях руки вперед на максимально возможное расстояние. Танец, который словно говорил о том, что, даже находясь вместе, люди подчас не могут прикоснуться друг к другу так, как им бы того хотелось. Но мне это нравилось. Сейчас, не говоря ни слова, я была ближе к Дэю. Это странно успокаивало и настраивало на хороший лад.

– Как прошли незапланированные каникулы? – наконец поинтересовался Дэй, отвлекая от мыслей. Я бросила на его лицо немного рассеянный взгляд:

– Хорошо. Восстанавливала родственные связи. Мы следили за вестями с мест боевых действий.

– Это было быстро, но тяжело, – признался Дэй.

– У тебя второй шрам рядом с первым появился, – заметила я, привлекая его внимание.

– Мелочь – не доглядел, наверное, – пожав плечами, отозвался огневик.

– Можно ведь попросить целителей вывести их окончательно, – размышляла я, но Дэй покачал головой:

– Первый – это печать демонов. Избавиться от нее – значит наложить проклятие на некогда известный древний род. Это против правил демонического слова.

– Ты не особо–то жаловал демонов, – не сдержала я улыбки.

– Эти демонстрировали по отношению ко мне только уважение.

Наверное, я бы могла плыть в его объятиях бесконечно. Но танец кончился, и я поспешила вернуться к родителям. Если произошедшее между нами с Дэем можно было считать перемирием, я была этому очень рада.

Дойл умудрился менять свое место дислокации в зале так, что мне вечно доставались виды его удаляющейся макушки. Зато, когда слово перед всеми стала держать мама, он оказался тут как тут, с улыбкой до ушей поглядывая на меня. Еще не подозревая, какую гадость они успели подготовить на пару с маменькой, я только хмуро глядела на брата, находящегося в явно приподнятом настроении. Они явно что–то успели обсудить за моей спиной.

– Уважаемые гости! – вперед вышел дед, а я просунулась поближе к папе, застонав от отчаяния. Они и Эвангириона Темного задействовать успели? Или именно эти государственные дела, закрывшись в кабинете, дед обсуждал с мамой?

– Пап, – пользуясь моментом, я дернула родителя за рукав, – что они задумали?

– О чем ты? – не понял отец, с удивлением поворачиваясь ко мне. Отвечать не пришлось – как раз в это время дед рассказал всем, что вскоре у меня состоится день рождения, и, поскольку до этого самого момента не нашлось никого, кто бы вызвался попытать счастья и обуздать мою тьму, в силу вступает древнейший закон демонов. Я сглотнула. Папа побледнел.