– Ну, не перегибай и не сгущай краски, – погрозила мне пальцем девушка. – Я не настолько вспыльчивая.

– Но ты была бы несчастна в любом случае! – не унималась я. С этим действительно трудно было спорить. – Зато Айна, – названная девушка встрепенулась, стоило прозвучать ее имени – видимо, опасалась, что новоиспеченная провидица и ей устроит веселое будущее, – подходит Одину. И нам с тобой заодно! Причем по всем параметрам!

– Я не успеваю догнать твои мысли, – сползая вниз, огневичка подперла голову рукой. В глазах ее появилась откровенная растерянность.

– Ну вот, смотри, – снова принялась я за объяснение. – Девушка Айна хорошая? Хорошая, ты сама об этом говорила. Один ей нравится – нравится, ибо под этой настойкой трудно солгать. Она не я – значит, одна причина твоей грусти уже исчезает! Да, ты, конечно, будешь печалиться оттого, что он с другой, но в этой ситуации появится одно неоспоримое преимущество.

– Какое? – Свон скептически выгнула бровь. Даже Айна заинтересовалась.

– У тебя буду я! – торжественности моего тона можно было позавидовать. – И я разделю все твои мысли и непременно поддержу в желании перемыть Айне кости! – снова хихикнула я, вызывая недоумение демоницы.

– Вообще–то промывание и другие, безусловно полезные, водные процедуры – это по моей части, – подняв палец вверх, обозначая важность ситуации, возразила она.

– Не суть, Айна! – отмахнулась я. – Мы отдаем тебе Одина, можешь делать с ним все, что захочешь!

– Вот вы тут парня уже разделили, а у него ж толпа воздыхательниц оказаться может… – грустно заметила Свон. В том положении, которое она заняла, глаза ее начали потихоньку закрываться, а ресницы – трепетать перед сном. То было полезное действие настойки.

– Я об этом позабочусь, – пообещала Айна. – Неразберихи, творящейся у огневиков, у нас не будет.

– А что у огневиков? – недоумевала я.

– Таорман! – внезапно оживилась Свон, скидывая остатки сна и начиная шипеть, словно змея.

– Который добивается тебя уже третий год, – пришла пора Айны веселиться.

Мою голову посетила очередная гениальная мысль:

– А это идея, Свонни!

– Какая именно? – умела же огневичка чувствовать грозящие ей неприятности…

– Клин клином! – выдала я. – Чтобы забыть Одина, тебе нужно начать встречаться с Мани! Тем более ты ему точно симпатична, да и он тебе небезразличен.

– Кто – Таорман?! – Свон растеряла последние капли сонливости, вскакивая на ноги. – Да ни за что в жизни! Никогда я не стану его игрушкой!

– Почему игрушкой–то? – удивилась Айна. – Хороший парень. И по темпераменту тебе подходит.

Свон начала заводиться с новой силой. Мне даже показалось, что ее тело охватило едва заметным пламенем, всполохи которого то тут, то там возникали на коже.

– Никогда в здравом уме и твердой памяти я не окажусь рядом с этим бабником! – горячо пообещала она, а затем четким отработанным движением забралась на подоконник, распахивая ставни. – Никогда, слышишь, Таорман?! Никогда я не буду с тобой! – а затем произошло то, что привело меня в состояние глубокого шока: Свон шагнула наружу, исчезая в темноте оконного проема.

– Нет! – выкрикнула я, кинувшись следом, но Айна с улыбкой остановила меня, придержав за руку:

– Не беспокойся, ничего с ней не случится.

– Как это – не случится? – попытавшись вырваться, воскликнула я. – Она же из окна выпала!

– А ты думаешь, почему тебя к ней изначально не подселили? Почему госпожа Миамара так подозрительно относится именно к Свон? Потому что это представление уже не первый раз происходит. Знаешь, как твою подругу прозвали в академии? «Ребенок Феникса». Не веришь? – видя скепсис в моих глазах, вздохнула Айна. – Тогда сама посмотри в окно.

Больше меня не удерживали, и это позволило в скором времени перегнуться через подоконник почти на половину туловища. Почти одновременно с этим с нижних этажей общежития раздались осуждающие женские голоса:

– Опять эта огневичка внимание привлекает. Опять напилась…

Свон была прекрасна. Она зависла в воздухе и, распахнув руки в стороны, казалась полностью объятой пламенем. И пусть она находилась ко мне лицом, я была уверена: подруга улыбается. Она всегда выпускала огонь наружу, если ее что–то беспокоило. Сейчас она и правда напоминала мне легендарную птицу, о которой мама рассказывала на ночь сказки, пока я была маленькой.

Словно в подтверждение моих мыслей, на земле образовалась кучка улюлюкающих суолов в алых мантиях.

– Свон, ты прекрасна! Подари свое пламя нам! – хором скандировали они.

Кажется, подругу это разозлило. Во всяком случае, она начала опускаться, и парни предусмотрительно не решились подобраться ближе. Да, мне предстояло узнать еще много нового о девушке с пылающими глазами, ставшей моей лучшей подругой.

– Вот еще! – фыркнула, спрыгнув на почву, Свон и поправила длинную копну вьющихся волос, вызывая слаженный и явно восторженный мужской возглас. – Я ушла гулять! – крикнула уже нам она, отправившись в сторону парка.