Впрочем, не важно. Как бы то ни было, секрет Гундахара — его личное дело. Я не стану лезть к нему в душу и уж тем более не буду пытаться что-то для себя прояснить. Наоборот. Приложу максимум усилий, чтобы его тайна таковой и осталась. Более того, оказавшись на втором этапе, постараюсь разыскать генерала в первую очередь. Все-таки «исповедь» Зиара стала не только пренеприятным открытием, но и серьезным поводом для беспокойства, заставляющим меня сильно нервничать. Безусловно, игв всегда хранил вечную бдительность и без веского повода никого к себе не подпустит. Включая меня. Но негласного лидера Питоху тоже нельзя списывать со счетов. Нурда — опасный противник. Чертовски. Хуже того, зная, что мы знаем, он не станет терять время даром. Бросит все ресурсы и весь свой тысячелетний опыт на то, чтобы как можно скорее избавиться от главной проблемы. После чего займется потенциальными мстителями.

Вопрос в том, как именно во всей этой ситуации поведет себя Аполло? Встанет на сторону друга? Сохранит нейтралитет? Либо отречется от Зиара и укрепит союз с «Вергилием»? Лично я также склонялся к последнему. Особенно на фоне открытой декларации намерений и обмена любезностями с Беларом-старшим, ставшими для «панка» своего рода красной чертой. Нет, дворф не станет нас предавать, ибо в одиночку против Доминиона не сдюжит. Но в то же время доверять ему однозначно нельзя. И дело даже не в том, что он планировал провести хитрую операцию — я бы, наверное, поступил так же — а в том, что никого из нас он не поставил в известность. Следовательно, увенчайся его план успехом, это бы дало ему неоспоримое преимущество. Возможность разговаривать с нами с позиции силы. Диктовать обновленные условия «альянса 2.0».

— Нет, — покачал головой я. До тех пор, пока мы не окажемся на поверхности и не поймем, что за хаос творится во льдах, Аполло нам точно не друг. Атаковать мы его, понятное дело, не будем, но и сражаться бок о бок не станем. Больно он мутный, причем с первого дня. И, пожалуй, мегалодон правильно сделал, что заставил гнома раскрыть свои карты. Пора определиться. Окончательно выбрать сторону. Либо перерезать нам глотки на пару с Зиаром и налаживать контакт с теми из «Вергилия», кто останется. Полагаю, подобного развития событий тоже нельзя исключать.

Слава богу, что Август заставил нас тренироваться с мастером рун. Прямо-таки снимаю шляпу за предусмотрительность и чутье. Которое, между прочим, не обошло стороной и меня. В данном случае в отношении Элли.

Помню, как впервые ее повстречав, я про себя отметил, что, судя по мимике и немного скованным движениям, ей на Земле было за семьдесят. Так и оказалось. Более того, я не ошибся и во второй раз, когда подумал, что вопреки видимой отстраненности, инженер питает к ней нежные чувства. Но в то же время Диедарнис изрядно преувеличил. Август и Элли не были парой. Возможно, где-то в глубине души глава «Вергилия» и хотел бы с ней сблизиться, но я ни разу не видел, чтобы он позволял себе лишнего. Скорее просто оберегал. Неуклонно соблюдал дистанцию и был для нее другом. Добрым другом, искренне любящим и заботящимся о человеке в беде.

Все-таки вломившись тогда в тепидарий, Сераф абсолютно верно подметил: Август — святой человек. Жаль Эдвард Доусон этого не понимает. Скорее наоборот — спустит на него всех собак, посчитав Генри Ллойда главной причиной всех своих бед. Ведь именно так наша психика и устроена. Сложно. Очень сложно взглянуть правде в глаза и честно признать, что ты ведешь себя как мудак. Гораздо проще обманывать себя иллюзией, что виноваты другие. Разумеется, аналогия грубая, но в этом плане оно почти как с долгами. Можно долго молчать и тактично выжидать пару лет, однако стоит однажды напомнить, как ровно в следующую секунду ты попадаешь в категорию меркантильных уродов. Становишься человеком, которого интересуют лишь деньги и кому, справедливости ради, стоило бы вообще ничего не возвращать, дабы хорошенечко проучить. Выступить своего рода учителем и преподать ценный урок. Что скорее всего профессор и сделает. Будет мстить инженеру всеми доступными способами.

Как бы то ни было, после услышанного сомнений не возникало: если когда-то давно Август и Файр и были друзьями, то теперь от их дружбы не осталось и следа. Хотя, конечно, я даже притворяться не стану, что их взаимоотношения меня мало-мальски тревожат. Как говорится: «Своя рубашка ближе к телу», а потому из всех затронутых ранее тем больше всего остального меня волновал вопрос Ады.

Что интересно, но несмотря на безумный перформанс, мегалодон умудрился оказать мне большую услугу. Помог прояснить ситуацию и понять, что далеко не все мосты сожжены. Парочка все же осталась. Более того, я почувствовал колоссальное облегчение, когда узнал, что невзирая на предательство, титанида хранила мне верность с первого дня. И пускай это звучит парадоксально, но только за это я был готов простить ей все остальное. Принять с распростертыми объятьями и больше не отпускать, зная, что девушка хочет того же. Вот только с последним были явно проблемы.

Честно говоря, я не до конца понимал, что за подлянку ей устроил профессор. Что он сделал? О каком скрытом коде и «рабском ошейнике» говорил Диедарнис? Значит ли это, что Доусон может подчинить себе Аду полностью? Заставить ее совершить конкретное действие или, того хуже, в гневе приказать самоуничтожиться?

Скрывать не буду, чем дольше я размышлял на эту тему, тем больше враждебности к нему испытывал. Мне не нравился ни он сам, ни его абьюзивные методы. Которые со стороны выглядели так, как если бы я набросил на Хангвила поводок. Всюду таскал его за собой, показывал публике, гладил против воли, а затем удивлялся, почему зверек меня больше не любит. Нет, насильно мил не будешь. И судя по тому, что я видел, их отношения давно сгнили. Да, Файр не демонстрировал это открыто, но после «исповеди» даже тупому дегенерату бы стало понятно, что он относится к ней как к своей собственности. Лекарству от одиночества и любимой игрушке, которую он никак не хотел отпускать. Гребаный эгоист.

Что ж, думаю, достаточно. Я обязательно найду способ избавить ее от него. Причем дело даже не в соперничестве двух мужчин, бросивших друг другу вызов у бара, а в банальном стремлении к справедливости. Ада — удивительное существо. Уникальное и неповторимое. Она заслуживает большего и, как минимум, должна иметь право выбора. В том числе свободу от «надзирателя». А что касается разговоров на тему того, машина она или нет — лично мне абсолютно плевать. Я спокойно могу прожить жизнь и с машиной. Да и, как оказалось, подобное тоже можно исправить. Чем я непременно займусь, если титанида того пожелает.