— Куда теперь?

Спохватившись, я указал Белару на очертания очередного мертвого городка и невольно поежился — погода ухудшалась. Небо затягивалось свинцовыми тучами, начал дуть порывистый ветер, а температура воздуха опустилась градусов до восьми. Хорошо хоть не было «Черных дождей». Радиоактивных осадков, по консистенции и внешнему виду напоминающих мазут. После того взрыва я боялся, что нас накроет, но пронесло.

Однако помимо неприятных погодных условий в воздухе постоянно витало что-то еще. Нечто невидимое и мощное, что сильно усложняло нашу задачу, и вскоре я понял, что именно — мир Диедарниса давил. Не только своей мрачной заброшенностью и зловещим рельефом, но и чем-то искусственным. Насажденным извне. Эдакой психической энергией, насылающей на нас волны апатии и внушающей удручающую мысль, что мы — лишь жалкие пигмеи в тени титана, которые останутся с ним навсегда. Станут частью его подводной тюрьмы.

Чтобы справиться с тревожностью, я думал об Аде, Хангвиле и друзьях. Вспоминал шутки Гласа, забавные перепалки Гундахара и Мозеса, счастливую беззаботность Германа. Для меня это был надежный психологический триггер. Внутреннее убежище, позволяющее с достоинством претерпевать тяготы и невзгоды. Все временно, все пройдет — так думал я.

А вот Фройлина испытание явно подкосило.

Бледный, обессилевший, с грязными дорожками на немытых щеках, он, как и прежде, плелся чуть позади, но при этом все чаще и чаще поглядывал на меня с холодной решимостью.

Я видел это. Чувствовал спиной. Более того, прекрасно понимал, о чем Белар сейчас думает, и в принципе мог это исправить. Но как говорил Август: «Сперва необходимо провести человека по краю».

Где-то через час мы достигли городка, на окраине которого был расположен гипермаркет. Лично я не испытывал иллюзий на этот счет, но все же предложил «коллеге» туда заглянуть и попробовать поискать что-нибудь ценное. Эльф согласился. А потому мы осторожно вошли внутрь и принялись медленно блуждать вдоль стеллажей, стараясь не упустить каждую мелочь.

Гниль. Плесень. Груда мусора. Снова гниль. Холодильные установки, внутри которых притаилось нечто серо-пушистое. Отдел товаров для дома — я запихнул в рюкзак «новенькую» сковородку и пару больших металлических тарелок. Бакалея…

— Эх… — глядя на пустые полки, я разочарованно покачал головой. Была надежда, что я смогу отыскать пачку макарон или хотя бы риса — эти товары могли храниться очень и очень долго — но, видимо, не я один такой умный. Хотя нет. Скорее тупой. Ведь именно это сметают в первую очередь. Вместе с туалетной бумагой, солью и сахаром.

На этом я окончательно удостоверился, что тут нихрена нет. Направился к вендинговым аппаратам и принялся поочередно вскрывать их один за другим. Быть может, хотя бы здесь повезет?

Первые два были пусты. На третьем мне улыбнулась удача — я нашел пакетик леденцов. Тех самых зеленых и наиболее мерзких, которые никто не хотел покупать. Ну а внутри четвертого я раздобыл настоящее сокровище — застрявшую банку колы! Аккуратно вытащил ее из проржавевшего механизма выдачи, сдул с нее пыль и поддел алюминиевый ключик, но характерного «пшика» не услышал. Призадумавшись, наклонил банку и слегка плеснул на просвет — белесо-коричневатая жидкость с черными комочками, чем-то напоминающими крошечных головастиков.

— Надо же… Впервые вижу просроченную колу… — хмыкнул я. Поставил банку на пол и одновременно с этим краем глаза увидел, как Фройлин рванул куда-то в сторону. С торжественной улыбкой достал с верхней полки коробку печенья, но жестоко обманулся — то была набитая мусором пустая упаковка.

Пожалуй, в тот самый момент он выглядел как ребенок, которого обманули пустым фантиком. И хуже всего было то, что в нем начала вскипать неистовая ярость, готовясь вырваться в любую секунду.

— Сволочи… ВОТ СВОЛОЧИ!!! ГРЕБАНЫЕ ТУПЫЕ УРОДЫ!!! — Белар резко сорвался на крик, стремительно переходящий в истерику. Затем подобрал с пола увесистый кусок арматуры и из последних сил принялся долбить железякой по стеллажам. — НУ ДАВАЙТЕ, МРАЗИ!!! ПОДХОДИТЕ!!! ГДЕ ВЫ ТАМ ПРЯЧЕТЕСЬ?!?! Я ВАС СЕЙЧАС ВСЕХ ПОРЕШУ!!!

Не знаю, чего конкретно добивался этот придурок, но в скором времени его вопли дали плоды.

Из темных закоулков, из скоплений мусора и глубоких трещин в полу начали выбираться бледные тощие твари. Чертовы гули, что до сего момента мирно спали, однако, услышав крик паладина, синхронно пробудились. Выползли из своих нор, подслеповато поозирались по сторонам и, издавая утробные звуки, бросились в сторону эльфа. Этого обезумевшего идиота, который был настолько занят стенаниями, что даже не заметил, как на него несется группа мутантов.

— Проклятье… — я резко сбросил рюкзак, вкинул АКМ и открыл огонь.

Восемнадцать выстрелов. Дюжина трупов. Половина моего запаса патронов. А еще острое желание, чтобы «Связующая нить» наконец-таки испарилась и остроухого засранца с аппетитом сожрали.

— Какой великолепный сюрприз, — вдыхая пороховые газы, процедил я. — Скажи на милость, ты когда-нибудь перестанешь раздражать мои нежные уши? Как и привлекать к себе ненужное внимание?

Паладин не ответил. Бледный, потный, с паутиной лопнувших сосудов в глазах и соплями под носом, он часто дышал и странно кривил лицо, отчего стал похож на уродливого монстра. Болотного анцибала, бог знает каким образом помещенного в тело аристократа.