Великан скрылся в тумане, шагая к Рифу Тысячи Лиг, где, возможно, был его дом.

Внезапно туман рассеялся. Яркое солнце осветило море и берег. Баркас летел прямо на скалы.

Раздался металлический скрежет. Баркас задрожал от киля до клотика. Корум едва успел схватить лук и колчан со стрелами, как накатившая волна вышвырнула его за борт и понесла к берегу.

В рот Коруму попала вода, тело его волочило по песчаной гальке. Он ухватился за выступ скалы, подождал, когда волна схлынет, и поднялся на ноги.

Перевернутый баркас уносило в открытое море. Лук и колчан со стрелами исчезли.

Корум сделал несколько шагов вперед, затянул пояс, на котором висела шпага, поправил серебряный шлем, съехавший набекрень. Корум знал, что потерпел неудачу.

Он прошелся по берегу и уселся под высокой черной скалой. Его выкинуло неизвестно куда, баркас разбился, жизнь потеряла всякий смысл.

В эту минуту Коруму все было безразлично. Он перестал думать и о любви, и о ненависти, и о мести. Ему казалось, что он видел сон об острове Сви-ан-Фавна-Бруль, а сейчас проснулся. Во сне он получил в подарок от колдуна новую руку и новый глаз.

Вспомнив о глазе Ринна, Корум вздрогнул и дотронулся до повязки. А затем мысли нахлынули на него, и вадагский принц понял, что, согласившись на предложение Шуля, он изменил свою судьбу и теперь должен воспринимать мир таким, как он есть.

Вздохнув, Корум поднялся на ноги и посмотрел на скалу. Взобраться на нее было невозможно.

Корум пошел вдоль берега, топча серую гальку, надеясь, что рано или поздно ему удастся найти пологое место, подняться и увидеть, наконец, страну, в которую он попал.

Вынув перчатку, подаренную ему Шулем перед отъездом, Корум надел ее на левую руку. Он до сих пор не совсем верил тому, что рассказал ему колдун о руке Кулла, но у него не возникло желания проверять ее возможности. Корум шел, не останавливаясь, более часа, когда увидел небольшую бухточку и узкий проход между скалами.

Начинался прилив. Корум побежал. Он едва успел ступить на каменистую тропинку, как берег затопило водой. Тяжело дыша, он одолел крутой подъем, вскарабкался на вершину горы и увидел перед собой дорогу, ведущую в город.

Башни и минареты ослепительно сверкали под лучами раскаленного солнца.

Приглядевшись, Корум понял, что они выложены цветной мозаикой. Никогда в жизни ему не приходилось видеть ничего подобного.

Он задумался, не зная, идти в город или обойти его стороной. Если в нем живет народ дружелюбный, Корум мог бы одолжить у кого-нибудь лодку или баркас и продолжить плавание. Если в нем живут мабдены, они вряд ли согласятся оказать Коруму помощь.

А, может, это страна Рага-да-Кета? Он машинально сунул руку в карман, чтобы свериться с морскими картами, но вспомнил, что они остались на баркасе.

Уныние охватило Корума, и он зашагал по дороге в город.

Он успел пройти не более мили, когда увидел кавалерийский отряд. Воины скакали ему навстречу на длинношеих зверях с пятнистыми шкурами, изогнутыми рогами и плоскими, как у ящериц, ртами. Несмотря на очень тонкие ноги, звери мчались, как ветер, и вскоре Корум различил всадников: высоких, худых, с небольшими круглыми головами и огромными круглыми глазами. Они явно не были мабденами — с представителями этой расы Коруму встречаться не доводилось.

Корум остановился и стал ждать. Впрочем, ему больше ничего не оставалось делать.

Воины окружили вадагского принца, пристально глядя на него сверху вниз. Их носы и рты тоже были округлой формы, на лицах застыло, казалось, изумленное выражение.

— Оланджа ко? — спросил самый высокий воин, одетый в плащ-накидку из разноцветных перьев и державший в руке дубинку, напоминающую лапу гигантской птицы. — Оланджа ко, дранджер?

— Я тебя не понимаю, — ответил Корум на искаженном вадагском, на котором говорили мабдены.

Верзила наклонил голову и закрыл рот. Солдаты начали возбужденно перешептываться. Все они были одеты и вооружены одинаково.

Корум протянул руку, указывая на юг.

— Я пришел из-за моря, — сказал он на разговорном языке, общем для вадагов и надрагов.

Воин напрягся, словно услышал знакомые слова, задумался и с сожалением покачал головой.

— Оланджа ко? — повторил он. Пришла очередь Корума покачать головой. Воин изумленно посмотрел на него и почесал щеку. Не понимая, что может означать этот жест, Корум пожал плечами. Верзила ткнул пальцем в одного из всадников.