Отравить? Корум нахмурился и посмотрел на свою левую руку. Неужели она знала, что в вино подсыпали яд? Как рука могла жить отдельной от тела жизнью?

Корум решил нарушить свое молчание.

— Кто ты? — спросил он на разговорном вадагском. Незнакомец расхохотался.

— Значит, ты понимал все, что я говорю! Но ты мой гость, поэтому отвечай на мои вопросы первым. Ты похож на вадага, а я думал, они давно погибли. Скажи мне, кто ты, и назови свое имя.

— Я — Корум Джайлин Ирси, Принц в Алой Мантии, последний вадаг на этой земле.

— А я — Ганофакс из Пенгарда: чуть-чуть солдат, чуть-чуть священник, чуть-чуть ученый и чуть-чуть… нищий. Я отправился в путешествие из Лайвм-ан-Эша, страны, которая находится далеко на западе…

— Я знаю, где находится Лайвм-ан-Эш. Долгое время я был гостем маркграфини в замке Мойдель.

— Что? Неужели княжество еще существует? Я слышал, его давно затопило море.

— Нет. Впрочем, может, его и не существует более… но виновато не море, а конские племена, которые…

— Великий Урлех! Конские племена — это что-то из древней истории!

— Почему ты путешествуешь так далеко от родины, рыцарь Ганофакс?

— Долго рассказывать, принц Корум. Ариох, как его здесь называют, не очень-то жалует людей из Лайвм-ан-Эша. Он требует, чтобы все мабдены подчинились его воле и первым делом уничтожили древние расы, такие, например, как твоя. Надеюсь, мне не надо тебе объяснять, что мой народ на это не способен мы хотим жить со всеми в мире. Когда я был священником, мы служили Урлеху, вассалу Валета Мечей, который все настойчивей предъявлял нам свои требования и как-то раз приказал Урлеху собрать в Лайвм-ан-Эше войско для битвы с морскими жителями, обитающими далеко на западе. Урлех поручил мне исполнить приказ Ариоха, а я почему-то решил, что такой приказ мог отдать только лже-бог и отказался повиноваться. Тогда счастье и удача, неизменно мне сопутствующие, отвернулись от меня. Неожиданно объявили, что я — убийца. Мне пришлось бежать.

Я украл корабль, пустился в далекое плавание, испытал по пути несколько довольно скучных приключений и, наконец, прибыл в страну Рага-да-Кета, которые покорно ждут, когда Ариох соблаговолит их уничтожить. Меня схватили и посадили в темницу. Я сижу здесь больше двух месяцев.

— И что с тобой будет?

— Понятия не имею. Может, помру от старости. Рага-да-Кета введены Ариохом в заблуждение, но их нельзя назвать жестокими, и они не отличаются большим умом. Тем не менее они панически боятся Валета Мечей и не осмеливаются ни в чем ему перечить, надеясь, что он не тронет их еще год-другой.

— А как ты думаешь, что меня ждет?

— Кто знает? С ядом у них номер не прошел. Если им не прикажут, Рага-да-Кета вряд ли применят насилие. Давай не будем гадать. Поживем — увидим.

— Я не могу ждать, — сказал Корум. — Мне надо закончить одно важное дело.

— Ничего не попишешь, друг Корум! Будучи священником, я изучил кое-какие заклинания, но здесь они не действуют. А без помощи волшебства нам отсюда не выбраться.

Корум задумчиво посмотрел на левую руку, затем перевел взгляд на своего товарища по несчастью.

— Ты когда-нибудь слышал о руке Кулла? Ганофакс нахмурился.

— Кажется, да. Единственное, что осталось от Бога, который поссорился со своим родным братом… одна из многих легенд… Корум снял перчатку.

— Колдун подарил мне руку Кулла и глаз Ринна. Он сказал, что они обладают силой, которая поможет мне в трудную минуту!

— И он не солгал?

— Не знаю. У меня не было случая убедиться в его правоте. На лице Ганофакса появилось озабоченное выражение.

— Я думал, смертным не дано пользоваться такой силой. Последствия…

— У меня нет выхода. Согласившись принять подарок колдуна, я связал себя по рукам и ногам. Теперь мне ничего не остается, как прибегнуть к помощи Кулла и Ринна!

— Надеюсь, ты не забудешь им напомнить, что я — твой друг, принц Корум.

От нервного напряжения на лбу Корума выступила испарина. Он медленно поднес к голове шестипалую руку и поднял повязку. В ту же секунду он увидел знакомую картину. Черное солнце.

Слабый свет исходил от земли и терялся в черных облаках. Четыре существа в плащах с капюшонами.

На этот раз он вгляделся в их лица и закричал от ужаса.

Но он не смог бы объяснить причину своего страха.

На картине появилась рука Кулла. Четыре головы, как одна, повернулись в ее сторону. Сверкающие глаза, казалось, впились в Корума, лишая его жизненных сил. Рука Кулла повелительно взмахнула.

Четыре существа в плащах с капюшонами пришли в движение. Краешком уха Корум слышал, как Ганофакс спросил:

— Что происходит, Корум? Я ничего не понимаю. Кого ты вызываешь?