— Не нужно меня благодарить, я рад помочь. Увидимся в понедельник в Policlinico. Если возникнет что-то еще, пожалуйста, не стесняйся обращаться ко мне.

В тот момент, когда я кладу телефон в карман, разъяренный взгляд Рафа встречается с моим. — И что?

— Расслабься, все под контролем. — Часть меня не может сдержать удовлетворения от того, что мой хладнокровный и собранный телохранитель настолько расстроен. Я думаю, что mr. Perfetto в конце концов не так уж и совершенен. Я пересекаю разбросанное заднее сиденье и нажимаю кнопку, открывающую окно со стороны водителя. — У меня есть адрес, Сэл.

Пока я произношу имя и адрес нашего нового водителя, Раф нависает над моим плечом. Сквозь его стиснутые зубы вырывается невнятное проклятие.

— Что сейчас не так? — спросила я.

Он разочарованно вздыхает и откидывается на спинку сиденья, пока я пристегиваю ремень безопасности. — Территория не обследована, персонал не проверен… ничего. Я потратил несколько дней, исследуя территорию вокруг квартиры, владельца, прошлых жильцов и так далее.

— Я уверена, что все будет хорошо. Это всего лишь одна ночь, Раф. Что вообще может пойти не так?

— Ну, merda. — Я смотрю на крошечную комнату с одной кроватью размера "queen-size", протянувшейся от стены до стены, и мое сердце вот-вот ударится о ступни.

— Mi dispiace, signorina36, но это единственная свободная комната.

Да, мне тоже жаль, потому что я ни за что не смогу делить постель со своим телохранителем. И здесь даже нет дивана.

Бьянка стоит рядом со мной в дверном проеме, ее длинные серебристые волосы собраны в пучок, пока я разглядываю комнату размером со стенной шкаф. В pensione даже нет собственной ванной комнаты, вместо этого все номера на этаже делят одну ванную комнату в коридоре. Справедливости ради, в этом маленьком заведении их всего шесть, по три на каждом этаже, но, тем не менее, это означает пользоваться общим туалетом и душем с незнакомыми людьми.

— Нет, ни в коем случае, так не пойдет. — Раф бросает наши чемоданы, затем топает по комнате, прежде чем наброситься на бедную женщину по-итальянски.

Я отдергиваю его назад, когда маленькая старушка начинает дрожать. — Хватит! Прекрати! — рычу я, впиваясь ногтями в его руку. Как только он перестает ругаться, я ударяю ладонями в его раздражающе твердую грудь и толкаю его на кровать. Затем я поворачиваюсь лицом к женщине, еще раз бормоча извинения. — С номером все в порядке, grazie. — Затем я достаю из кармана банкноту в пятьдесят евро и незаметно вкладываю ей в руку. — Извините его.

Качая головой, Бьянка вылетает из комнаты так быстро, что у меня кружится голова. Когда дверь за ней захлопывается, я поворачиваюсь к большому грубияну, все еще бормочущему проклятия по-итальянски. — Это было совершенно неуместно.

— Как она может ожидать, что мы будем спать здесь? — Он, как сумасшедший, указывает туда-сюда между нами.

— Это не ее вина. Нам повезло, что мы не проведем ночь в лимузине.

— Может быть, это не самая плохая идея, — бормочет он, проводя рукой по волосам. — Так будет удобнее, чем на полу. — Он указывает на полоску пространства между краем матраса, чемоданами и дверью.

Я даже не уверена, что его широкие плечи поместятся.

— Ты прав. Иди поспи в машине, а я буду здесь. — Я плюхаюсь рядом с ним и вытягиваюсь, смена часовых поясов начинает сказываться сильнее.

Он фыркает от смеха. — Как будто я оставлю тебя здесь одну, principessa.

— Ты прав.… Бьянка, похоже, хитрая. Тебе лучше приглядеть за ней, пока я немного вздремну.

Тень улыбки приподнимает уголок его губ, и я отказываюсь замечать трепет крыльев, который она вызывает у меня в животе. Вместо этого я сворачиваюсь калачиком под одеялом и зарываюсь головой в подушку.

Он разочарованно выдыхает и поднимается на ноги. — Спи, principessa, мы обсудим вечерние приготовления позже.

Я едва слышу последнюю часть его предложения, когда мной овладевает сон, мои веки так тяжелеют, что я ничего не могу сделать, кроме как поддаться темноте.

ГЛАВА 20

Немного веселья

Раффаэле

Сон угрожает овладеть мной, мои веки становятся тяжелее с каждым мгновением, пока я расхаживаю по маленькому гостиничному номеру. После этого спокойного времени на размышления, чувство вины начало овладевать мной. Позже мне придется извиниться перед Бьянкой. Я ненавижу чувство отсутствия контроля, и, очевидно, я не очень люблю сюрпризы. То, что квартира не была готова, было достаточно плохо, но потом быть вынужденным провести ночь в этой крошечной комнате с Изабеллой доводит мою сдержанность до предела. Мне не следовало срываться на владелице pensione… Черт возьми, Джузеппе был прав насчет моего характера.

Я тяжело выдыхаю, и мой желудок урчит, напоминая мне, что я тоже умираю с голоду. На данный момент я не уверен, чего хочу больше: присоединиться к Изабелле в этой постели и часок блаженно поспать или съесть пиццу. Качая головой, я напоминаю себе, что не могу иметь ни того, ни другого.

У меня текут слюнки, и я не уверен, от мысли о еде или от нее. Завеса темных волос разметалась по ее подушке, губы слегка приоткрыты во сне. Я смотрю, загипнотизированный, на плавный подъем и опадение ее груди, на ее идеальные груди, натягивающие бледно-голубую блузку.