Шрифт:
Гобелен, закрывая дыру в стене, служил не украшением, а приспособлением, которое лишь частично спасало от зимних ветров.
А зима здесь, на севере, особо холодная.
Не то чтобы отец Элизабет был плохим хозяином.
У него просто не было средств на содержание столь большого замка.
Словно читая мысли своей воспитанницы, Анна подошла к ней и взяла за дрожащие ладони.
– Послушай, Элизабет, - вкрадчиво начала она, и девушка остановила взгляд на её лице.
Сухое, с ярко очерченными скулами и покрасневшим кончиком носа, в обрамлении темных, с белыми прядями, лицо няни чем-то напоминало голову всегда настороженной, важной птицы.
Тонкие губы Анны зашевелились:
– Ты должна понять, что твоя судьба теперь в твоих руках. От того, как ты подашь себя, как покажешь при королевском дворе, зависит будем ли мы голодать этой зимой или нет.
Анна, желая придать вес словам, чуть сжала ладони воспитанницы и добавила:
– И от того, будет ли жив твой отец.
Кровь отлила от лица Элизабет. Она стала белой, как призрак.
– Что ты такое говоришь, Анна?
– едва шевеля языком прошептала девушка.
Анна тяжело вздохнула:
– Отец не говорил тебе, но я обязана сказать.
На мгновение в воздухе повисла тишина.
Гнетущая, сжимавшая со всех сторон.
– Элизабет, - Анна чуть сощурила глаза, - девочка, я пожила достаточно, и на своем веку повидала многое. И потому я знаю, что говорю. От твоего брака будет зависеть наше дальнейшее будущее. Поэтому сделай так, чтобы тебя заметили. Единственный козырь, что у тебя имеется - твоя внешность, Элизабет и, пожалуй, земли. Но земли можно отнять и передарить новым олдерменам... Другое дело, если ты останешься полноценной владелицей этих земель. А чтобы это случилось - ты должна выйти замуж за человека, обладающего достаточным могуществом, чтобы защитить тебя и твою семью.
Элизабет задрожала от услышанных слов.
Внутри, меж ребер, ужасаясь от возложенной на неё ответственности, билась её нежная душа.
Она забилась еще сильнее, когда снаружи, там, где возвышались стены замка, послышались крики...
4
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Элизабет ринулась к окну.
Вцепившись пальцами в нагретый солнцем камень, девушка с тревогой посмотрела вдаль - туда, где находились ворота замка.
Они не ждали гостей, и потому внезапное появление чужаков заставляло её еще сильнее нервничать.
Раздался скрежет, ворота распахнулись, впуская внутрь всадников.
Трое мужчин на гнедых конях, словно порывистый ветер, ворвались на территорию замка.
Даже с такого расстояния в глаза бросалось, как измученно те выглядели.
Поношенная, местами рваная одежда, исхудавшие тела. Казалось, эти люди долго голодали.
Чего нельзя было сказать о лошадях.
Те выглядели куда лучше своих всадников!
Их налитые бока лоснились под лучами солнца.
– Кто эти люди?
– Элизабет обернулась, желая получить хотя бы подсказку от Анны, но обнаружила, что той уже не было в комнате.
Тогда девушка вновь вернулась к окну - как раз в эти мгновения всадников приветствовал отец.
Незнакомцы, по очереди, обняли его.
Движения мужчин были скованными, словно конечности их заморозились или же плохо слушались.
Элизабет ощутила странную тревогу.
Откуда эти люди?
Почему они так выглядят, словно побывали в плену?
Что общего у них с её отцом?
Вопросы, словно рой ос, болезненно жалили разум Элизабет.
Не в силах справиться с ними, она поспешила вниз, чтобы отыскать на них ответы.
Элизабет шла быстро и совсем скоро оказалась на первом этаже. Её слух отчетливо уловил чужие голоса. Говорили на саксонском.
Значит, это были не датчане...
– Госпожа, - впереди показался один из воинов отца, он встал так, что перегородил собой путь для Элизабет.
– Господин велел, чтобы вы оставались в своих покоях, - скрестив на груди руки, добавил он.
Элизабет непонимающе посмотрела на воина.
Его лицо застыло в хмурой маске.
– Кто эти люди?
– Элизабет поднялась на носочки, наивно полагая, что таким образом сумеет разглядеть что-то за плечами воина.
– Гости вашего отца.
– Гости моего отца - наши гости, - улыбнулась Элизабет, но в ответ воин нахмурился еще сильнее.
Девушка тяжело вздохнула и, отвернувшись, неспешно пошла в противоположную сторону.
Но подниматься наверх Элизабет не спешила - она всё еще надеялась разузнать, что за таинственные гости прибыли к отцу.