— Я собиралась сказать, что у тебя есть сердце или совесть. Но да, это тоже подходит.

Он холодно улыбается, сокращая расстояние между нашими телами на последние полдюйма. Его огромное, мускулистое тело прижимает меня к камню, упирающемуся в поясницу, когда он искоса смотрит мне в лицо.

— Мы собираемся пожениться, принцесса. Справиться с этим. И когда ты станешь моей женой, я буду ожидать…

Он медленно переводит взгляд с меня на мои губы. Затем дальше. Я дрожу, чувствуя, как его гневный взгляд скользит по шее, которую он все еще обхватывает пальцами, затем опускается ниже, к глубокому вырезу этого дурацкого платья, которое на мне надето.

Без лифчика.

На улице… немного прохладно.

Его губы коварно изгибаются.

— И всё, что с этим связано.

Что-то горячее вспыхивает внутри, прежде чем я вздёргиваю подбородок.

— Иди к чёрту…

— Манеры.

— Отвали.

— Послушание.

Я пытаюсь оттолкнуть его, но это всё равно что толкать кирпичную стену.

— Съешь мешок с членами…

Другая его рука поднимается, хватая меня за подбородок, в то время как первая крепко сжимает горло.

— И делает каждую частичку тебя моей.

Этот гребаный огонь возвращается с удвоенной силой, наэлектризовывая мое естество и заставляя бедра сжиматься.

— На самом деле, — тихо бормочет Кензо, — мы можем начать с того, на чем остановились в прошлый раз.

— Попробуй, и ты будешь молить о пощаде.

Ублюдок хихикает.

— Вот в чем дело, Анника. Ты и твое беззаботное отношение меня не пугают. Потому что теперь ты принадлежишь мне.

Я смеюсь прямо ему в лицо.

— Ты думаешь, что только из-за этого соглашения…

— Это соглашение не имеет к этому никакого отношения. Сегодняшняя ночь была ловушкой, ты должна это знать, верно?

Он наклоняется ближе.

— Моей ловушкой. Чтобы поймать тебя. И я это сделал.

— Иди нахуй со своей…

— Мы это уже обсуждали, — сухо говорит он. — В конце концов, вот как все будет происходить. Ты принадлежишь мне. Вся ты.

Я быстро выдергиваю руку из-под наших тел и прячу ее в свой клатч. Выхватываю маленький складной нож, открываю его и приставляю острие к его горлу.

Кензо по-прежнему не вздрагивает. Не моргает. Даже не шевелится.

— Прикоснись ко мне, и я снесу тебе голову, — шиплю я.

Он улыбается.

Он, чёрт возьми, улыбается.

— Как мило, что ты думаешь, будто игра с ножом меня не заводит, мисс Бранкович. Или мне стоит привыкать называть тебя миссис Мори?

Кензо убирает руку с моей челюсти и хватает за запястье, прижимая лезвие к своей шее.

— Какими ещё извращениями ты можешь меня помучить?

— Ты не будешь…

— Что? Прикасаться к тебе? Это всего лишь закуска. Когда я захочу прикоснуться к тебе, я это сделаю, — мрачно рычит он. — Когда захочу, чтобы ты встала на колени и обхватила губами мой член, я сделаю это. И когда захочу трахнуть тебя, как вздумаю и где, я, черт возьми, это сделаю. Вот как ты мне отплатишь.

Дрожь пробегает по всему телу.

— К-как долго, — задыхаюсь я.

Кензо улыбается.

— Прости, что?

— Как долго, — выплёвываю я.

Он тихо усмехается.

— Ну, раньше это было бы только до тех пор, пока я не счёл бы твой долг выплаченным. Но теперь ты просто… моя. — Я дрожу, когда он снова берёт меня за подбородок, его взгляд прожигает насквозь. — Так что это навсегда.

В мгновение ока он убирает от меня руки. Еще секунду прижимается ко мне всем телом, позволяя своим глазам проникнуть в мою душу, прежде чем медленно отступает на шаг, унося с собой тепло своего тела и этот чистый, древесный, пряный аромат, и направляется к мотоциклу. Я позволяю себе самодовольно улыбнуться.

— Возможно, ты захочешь вызвать такси, — кричу ему вслед, и мой голос искрится от радости. — Возможно, твой байк не очень хорошо работает.

Он останавливается и оглядывается на меня, озадаченно подняв бровь. Я ухмыляюсь, вертя в руке складной нож.

— Опаньки!

Я противно хихикаю.

Кензо выгибает бровь, поворачиваясь, чтобы посмотреть на спущенные шины мотоцикла.

— О, это не мой.

Улыбка сползает с моего лица.

Дерьмо.

— Что, черт возьми, случилось с моим гребаным байком?!

Я съеживаюсь от грубого, дикого, разъяренного голоса позади. Мы никогда не встречались, но я узнаю его, как только поворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу со злодейским парнем, который выглядит как еще более вооруженная версия Кензо.