В дыру в заборе я рассмотрел, что осталось от настырного главаря. М-да, очень неприглядное зрелище. Как говорится — не рой другому яму, сам в неё попадёшь. Шаровая молния попала в хозяина и не помиловала.

Я покачал головой. Вот ещё одна бессмысленная смерть. А ведь я давал шанс этому грабителю. Предлагал уйти. Почему они никогда не уходят? На что надеются?

Рябой вон сделал выбор и смылся по тихой грусти, а Бобёр… Он тоже сделал свой выбор.

Ещё раз посмотрев на лежащее тело, вздохнул и вернулся к продавцу. Аккуратно переступил через остальных двоих грабителей. Они так и не пришли в сознание.

— У меня ещё будут сущности, — проговорил я, подойдя к продавцу. — Сейчас же с вас две семьсот, уважаемый…

— Гиви Толстяк, — проговорил продавец. — И это… может быть всё-таки договоримся на две четыреста?

— Я удивляюсь вам, многоуважаемый Гиви Толстяк. На улице труп, тут двое, ещё один убежал, а вы торгуетесь?

— Не, не торгуюсь. Мне как раз придётся разруливать ситуацию. И на смерть Бобра придётся скидываться. А ещё перед «Ночными Ножами» отчитываться…

Я усмехнулся. Опять «Ночные Ножи». Я уже сталкивался с ними раньше, и наша встреча не была хорошей.

— Что же, цена может и снизиться, если вы поможете мне с информацией. Чего вы смотрите на этих двух? Они спят и видят сны, — я подошёл к каждому из лежащих и прикоснулся к яремным венам. — И спать будут ещё минут пять. Как раз хватит времени для нашего разговора. И да, вы пока можете отсчитать нужную сумму.

— Что вы хотели бы узнать, господин? — любезным тоном поинтересовался Гиви.

— Расскажите мне о преступной структуре в Белоозере. Кто тут самый главный?

— Самый главный? Над Белоозером поставлен Митя Февраль. Он тут главный. Остальные его бойцы. Я плачу Бобру за охрану… Кхм… То есть платил, — поправился продавец, отсчитывая купюры.

— Что же, теперь придётся платить другим?

— Да, свято место пусто не бывает, — вздохнул продавец и посмотрел на меня. — И вас будут искать, господин. Ночные Ножи так просто обиду не прощают. К тому же они знают, что вы из жильцов…

— Ничего страшного. Я навещу Митю Февраля и поговорю с ним, постараюсь объяснить ситуацию. Вашей вины тут нет, я всё понимаю. И, надеюсь, что этот инцидент не станет препятствием для наших дальнейших торговых отношений?

— Господин, боюсь, что вынужден отказаться, — вздохнул продавец. — Вы пришли-ушли, а мне тут оставаться. Мне и красного петуха подпустить могут…

— Не переживайте, после моего разговора с Февралём мы продолжим общение, — уверенно ответил я и протянул руку. — Иван Васильевич! И не буду возражать, если вы назовёте моё имя проснувшимся ребятам. Всего доброго, Гиви Толстяк…

— Всего хорошего, Иван Васильевич, — пожал руку в ответ продавец. После чего протянул отсчитанные деньги. — И храни вас Господь…

«Мужество — первое из ведарских качеств, потому что это качество, которое гарантирует появление всех остальных»

Кодекс ведаря

Москва. Кремль. Кабинет царевича Владимира Васильевича

Четверо бояр расположились за столом, во главе которого сидел царевич. Таинственный полумрак кабинета подсказывал смысл того, зачем тут тайно собрались представители не самых бедных родов.

Секретарша расставляла заказанные напитки, неслышно скользя по мягкому ковру. Чашки вставали на блестящую поверхность, которая отражала дорогие костюмы, блестящие заколки галстуков, поблескивающие драгоценными камнями запонки. За часы каждого из сидящих можно не только купить хорошую квартиру в центре Москвы, но также обеспечить безбедную старость внуков.

Все эти люди, входящие в Боярскую думу, были теми, кто занимал немалое место в управлении царством.

Владимир Васильевич терпеливо дождался, пока Маргарита Николаевна поставит последний предмет на стол. Женщина среднего возраста, лощёная и вечно улыбающаяся винирами, работала на царевича уже не первый год и знала цену скорости обслуживания знатных людей. Она, как опытный дворецкий, всегда старалась предугадать желание господина.

И вместе с тем была верна, как никто. Владимир Васильевич периодически проверял её детективами, жучками, скрытыми камерами, и всегда оставался доволен проверками. Верные люди всегда ценились на вес золота…

Всегда… А в последнее время особенно!

— Маргарита Николаевна, попросите, пожалуйста, не беспокоить, — сказал Владимир Васильевич, когда женщина почти подошла к дверям.

— Хорошо, господин, — поклонилась она, улыбнулась и вышла.

— Судари бояре, как вы добрались? — спросил царевич, делая глоток кофе. — Всё ли осталось в тайне? Не было ли за вами наблюдения?

— Наблюдение за боярами? Оно никогда не уходило. Но есть способы его увести в сторону, — ухмыльнулся князь Шуйский.