— Кто является членами клуба? Мне нужен список.

— Я даже не состою в клубе! Больше мне ничего о них не известно. Членство совершенно секретно, только те, кто внутри, знают остальных членов, и даже тогда, их лица скрыты масками и прочим дерьмом.

— Масками? Теперь я знаю, что ты сочиняешь сказки. Не может быть, чтобы влиятельные люди города надевали маски и бегали повсюду с наркотиками. Ты рассказываешь мне небылицы, Энрико, и я не понимаю почему. Ты пытаешься защитить своего брата?

Энрико покачал головой.

— Нет. Я имею в виду, что он не нуждается в моей защите. Не он там главный.

— Тогда ты не сможешь мне помочь, Энрико... а значит, ты мне больше не нужен, и я могу вынести тебе приговор, основываясь только на том, что мне известно о твоих поступках, – сказал я, вставая.

Деклан повозился с бутылкой и протянул ее мне.

— Ты сказал, что не убьешь меня сегодня, – прохрипел Энрико, его глаза стали дикими. Он оглядел темную, мрачную комнату.

— Сказал, и я человек слова. – Я подошел к Энрико и приставил лезвие топора к его горлу. — А теперь пей.

Он посмотрел на меня, потом на бутылку.

— Это... – заикаясь, пробормотал он, страх окрашивал каждое его слово.

— А ты как думаешь, что это, Рико? Я мало что знаю об инвестиционных группах или тайных сообществах... но я верю в принцип «око за око». А теперь открой шире.

Деклан обхватил Энрико сзади и впился пальцами в уголки его рта, заставляя разомкнуть челюсть. Ублюдок подавился, его язык беспомощно вывалился. Я влил содержимое флакона ему в горло.

Когда все было сделано, я отбросил флакон и отступил назад. Энрико кашлял и брызгал слюной, его глаза расширились от паники.

— Интересно, как скоро он подействует? – С любопытством спросил Деклан. Он достал из кармана маленький блокнот и огрызок карандаша.

— Что ты делаешь? – Я закурил сигарету.

— Заметки для Дока, – сказал Деклан, как будто это было совершенно нормальным занятием в данный момент.

Его окровавленная рука, сжимающая карандаш, показалась мне до смешного абсурдным, когда никотин ударил в мой перенапряженный организм.

Я запрокинул голову и рассмеялся.

Затем Деклан усугубил ситуацию, выудив из кармана очки и надев их, тем самым завершив превращение в татуированного, заляпанного кровью звездного ученика.

Я снова повернулся к Энрико. Мы ввели ему адскую дозу, и, похоже, она уже начала действовать.

— Задержи дыхание, – резко приказал я ему.

Он подчинился. Примерно через минуту его глаза выпучились, а лицо стало багровым.

— Эта дрянь определенно работает, – сказал Деклан. — От употребления до эффекта прошло около пяти минут. – Он что-то быстро записал.

Зажав сигарету в зубах, я подошел к Энрико и ослабил веревки на его руках.

— Давайте посмотрим, на что она способна.

Я взял свой топор и протянул ему, готовый защищаться на случай, если он притворяется.

— Отрежь себе палец, – спокойно проинструктировал я его и отступил назад, с интересом наблюдая за происходящим.

Энрико подчинился.

Последовал громкий удар, и это был единственный изданный звук в гараже. Энрико даже не ахнул, когда палец покатился по полу.

Я мрачно усмехнулся.

— О, Рико, мы так повеселимся.

Позже я поднялся наверх, чтобы смыть кровь мертвеца со своей кожи. Энрико Сеприано больше не принадлежал нашему миру, и мой отец будет взбешен этим, но я не мог заставить себя беспокоиться. Как только я узнал, что урод подмешивает в напитки З-Сок, он был обречен на смерть. Я обещал Куинн уничтожить людей, связанных с наркотиком, из-за которого она чуть не пострадала. И я был мстительным ублюдком.

После душа я обернул полотенце вокруг бедер и закурил сигарету, облокотившись на старую, облупленную раковину в ванной, чтобы посмотреть в зеркало. Мокрые волосы неряшливо рассыпались по плечам, оставляя капли воды на татуированной груди.

Каждая татуировка была историей. Успеха или неудачи… разочарования. Мое тело было гобеленом жизни, прожитой безрассудно и бесстрашно. Прошло много, очень много времени с тех пор, как я чувствовал, что мне есть что терять. Но я нутром чуял, что эта простая истина скоро изменится.