Я повернулась, чтобы проследить за ее взглядом. Брэн все еще был за барной стойкой, болтал с мужчинами из своей семьи, разливал по бокалам пиво и слушал тех, кому нужно было выговориться, при этом не сводя глаз с моего столика.

— Он не мой, чтобы о нем заботиться, – пробормотала я.

Старая женщина, похоже, сделала неверные выводы из того, что мы приехали вместе.

Эйфа улыбнулась.

— Не твой? Увидимся завтра, Джада.

Я смотрела, как она уходит.

— Эйфа работает здесь со времен руководства моей мамы. Она – душа этого места, – вздохнул Брэн, устраиваясь в кабинке рядом со мной.

Он был таким чертовски большим, что занял все пространство, и его бок прижался к моему. Мужчина казался твердым, как скала. Я хотела немного подвинуться, чтобы увеличить расстояние между нами, но он закинул руку на спинку сиденья, а его ладонь легла мне на плечо, удерживая на месте.

— Она одобрила тебя, такое нечасто случается, – сказал он.

— Приводил сюда своих хорошеньких подружек и она задела их чувства, да? – Я хотела поддразнить, но вышло не очень. Мысль о том, что Брэн приводил кого-то из своих обожающих фанаток сюда, к своей семье, вывела меня из себя. Мне нужно было проверить голову.

— Как ты?

Я надолго задумалась.

— Я чувствую злость, – призналась я. Конечно, страх присутствовал, и я все еще была потрясена, но преобладающей эмоцией был гнев. — Как им может сходить с рук подобное обращение с людьми? Они считают, что, поскольку они богаты и могущественны, то могут играть в свои нездоровые игры с девушками прямо здесь, в нашем городе.

Брэн кивнул.

— Но это ненадолго, – добавил он. — Потому что мы собираемся остановить их.

— Мы?

Брэн кивнул и притянул меня ближе. Меня обдало жаром.

— Что ты делаешь?

Брэн бросил взгляд в окно рядом со мной.

— Устраиваю шоу.

— Что ты имеешь в виду?

— За нами следят с той секунды, как мы вышли из отеля. Прямо сейчас они наблюдают за нами.

Я напряглась, от страха у меня пересохло во рту.

— Что нам делать?

— Подыгрывать. Они считают, что я пытаюсь стать членом их общества. Пусть остаются при этом мнении. А еще они думают, что мы помолвлены. Мы должны позволить им поверить в это.

— Зачем?

Брэн вздохнул.

— Как я это вижу: мы берем пару парней, врываемся в отель и убиваем всех, кого найдем. Выясним ли мы, кто главный или кто такой Страж? Возможно. А, возможно, и нет. Но удар мы им нанесем.

— Нет, нам нужно найти голову змеи… только так все это прекратится.

Брэн кивнул.

— Согласен, малышка, и чтобы это произошло… мне нужна ты.

Я подняла бровь, мои щеки залил теплый румянец.

— Тебе нужна я?

Он кивнул.

— Я не могу держать тебя в стороне. Ты легко обвела моих парней вокруг пальца.

Его губы изогнулись в восхищенной ухмылке. Никто еще не говорил о том, что я перехитрила их, с таким уважением.

Однако мне в голову пришел потенциально фатальный изъян в этом плане.

— Мой брат убьет тебя, если узнает, что мы общаемся... не говоря уже о фальшивых отношениях, совместном времяпрепровождении и прочем.

— Позволь мне беспокоиться об Элио. – Он смотрел на меня сверху вниз, и от напряженного, собственнического взгляда моя кожа загорелась. — Ты нужна мне, малышка.

О, Боже, этот парень был горяч. Он был чертовски сексуальным и таким обезоруживающе обаятельным. Я не знала, что с этим делать. Я не могла с ним справиться, особенно сегодня.

— Мне нужно еще выпить, – пробормотала я.

— С тебя хватит. Я больше не налью тебе. Ты можешь быть в шоке, – осадил меня Брэн. Точно. Сексуальный, но до чертиков властный.

— Ты продолжаешь пить, – подметила я.

— Я в три раза больше тебя, – ответил он, поднося бокал с виски к губам.

Я перехватила его запястье, остановив движение, и перенаправила бокал к своему рту. Сделала долгий глоток, после чего облизала губы. От жгучей, терпкой горечи виски у меня тут же закружилась голова.

Брэн пристально смотрел на мои губы.

— Это нечестная игра, шелки.

Прозвище привлекло мое внимание.

— Опять шелки. Ты так и не сказал, почему называешь так меня?

Брэн поставил бокал и помедлил с ответом.

— Шелки – это девушка-тюлень. Дикое мифическое существо, слишком особенное и волшебное, чтобы долго оставаться на суше. Когда шелки выходит на берег, она сбрасывает шкуру и предстает в образе прекрасной девушки. Мужчины жаждут ее. Они плетут интриги, чтобы украсть ее шкуру и не дать ей вернуться в море, – тихо сказал он.