— Перед чем?

Я склонил голову набок и позволил своему взгляду блуждать по ее телу.

— Перед остальным.

Она презрительно фыркнула.

— Продолжай жить в Неверлэнде, Потерянный Мальчик. Уверена, мой брат разберется с тобой завтра.

— Ах, да, Элио. Нам нужно получить его поздравления.

— Скорее, тебе нужно получить его пулю в мозг. Он убьет тебя за это, – сказала она с такой уверенностью, что я не сомневался в правдивости ее слов.

Я просто кивнул.

— Видимо, мне придется использовать единственный козырь, который у меня есть, чтобы избежать этого. – Я шагнул вперед, приближаясь к своей нервной молодой жене.

Джада осталась на месте, гордо подняв подбородок, как истинная королева.

— Какой козырь?

— Ты. Мне придется положиться на тот факт, что ты не хочешь моей смерти. Кажется, я тебе чем-то приглянулся, черт знает чем. – Я протянул руку и обхватил ладонями ее лицо.

Она смотрела на меня своими темными глазами.

— Ты действительно так думаешь? – Ее тон был сухим и насмешливым.

Я кивнул, проводя большим пальцем по ее щеке. Господи, она была прелестна.

Джада рассмеялась. Смех был низким и непристойным, и я хотел слышать его снова и снова.

— В таком случае, полагаю, я заработаю свое прозвище богомола... Завтра в это же время я стану вдовой.

Я медленно покачал головой и сделал шаг к Джаде. Она повторила мое движение, отступив назад.

— Нет, это вряд ли. Как я уже сказал… думаю, ты неравнодушна ко мне. – Я продолжал идти, а Джада продолжала отступать, пока ее колени не уперлись в край кровати.

— Ты ошибаешься. Я бы посмеялась над этим, если бы это не было так грустно. – Она облизнула губы, внезапно занервничав.

Было показательно, как женщина с такой репутацией, как у Джады могла так волноваться рядом со мной. У меня были намерения по отношению к ней, и она чувствовала их с каждым словом, которым мы обменивались. Каждый взгляд, каждая улыбка, каждое закатывание ее глаз были прелюдией, и я был более чем готов к главному событию.

Я протянул руку между нами и сжал пальцами ее юбку.

— Что, черт возьми, ты делаешь? – сухо спросила она.

— Помогаю убрать беспорядок, который я устроил… я не успел раньше. – Я поднес теплое полотенце и вытер длинную полосу у нее на бедре.

Она напряглась, а затем издала хриплый смешок.

— Я знаю, что мы шутили на эту тему, но психическое заболевание – это серьезно. Надеюсь, ты получишь необходимую помощь.

— Единственная помощь, которая мне нужна, находится прямо здесь. – Я провел полотенцем по передней части ее трусиков. — Эта киска – моя избранная терапия.

Я протер ее живот, пока она молча наблюдала за мной.

— Он убьет тебя, Брэн. Поскольку сегодня ты спас меня, я чувствую, что должна предупредить тебя об этом.

Я отбросил полотенце в сторону и позволил юбке соскользнуть обратно по ее ногам.

— Считай, что я предупрежден. Ты будешь плакать на моей могиле? Из тебя выйдет прекрасная вдова, – пробормотал я, наклоняясь над ней так, что ей ничего не оставалось, как сесть на кровать.

Она плюхнулась на простыни, и я последовал за ней, упираясь обеими руками в матрас по обе стороны от ее головы.

Джада покачала ею.

— Я надену розовое и возьму конфетти-пушку, – предупредила она.

Я рассмеялся.

— Это оживит похороны. Они всегда такие скучные.

— Ты можешь быть серьезным хоть на секунду? – спросила она с раздражением.

Я надавил на нее, заставляя лечь на кровать.

— Я был серьезен сегодня. Я сделал кое-что действительно чертовски серьезное. Я женился на тебе. Это было серьезно.

— Зачем ты это сделал? – спросила она, снова слегка покачав головой. — Просто чтобы попасть в Анклав?

Я прикоснулся губами к ее щеке, оставляя дорожку поцелуев у уха. Потому что я хотел этого с того момента, как увидел тебя. Она не была готова услышать эти слова.

Джада задрожала подо мной.

— Что ты делаешь?

— Ложусь в постель со своей женой, – сказал я хрипло. Я был так чертовски возбужден, что сейчас было трудно думать. Джада лежала в моей постели, на ее пальце блестело мое кольцо, и она не пыталась меня зарезать. Сегодня был хороший день.

— Женой? – усмехнулась она. – Это звучит так нелепо.