Но, возможно, это было правдой. Возможно, Ичиро действительно выбрал их.

Свобода была явной ложью, а в безопасность было невозможно поверить, но, возможно…

– Мне нужно вернуться к остальным, - сказал Натаниэль.

– Он со мной, - пообещала Рене.
– Я отведу его обратно к Эбби, когда он будет готов.

Жан услышал шорох ткани, когда Натаниэль встал, но как только Натаниэль отошел, Жан слепо потянулся к нему. Он едва узнал свой собственный голос, когда произнес:

– Нил, - но этого было достаточно, чтобы парень остановился. Кончики пальцев Жана, наконец, нащупали его джинсы, но он не пытался, как следует ухватить его.
– Это была хорошая игра.

– Да, - сказал Нил Джостен с улыбкой в голосе.
– Была, не так ли?

Дверь тихонько скрипнула, когда открывалась, и щелкнула еще тише, когда закрылась снова. Жан сосредоточился на ощущении сердцебиения Рене и считал свои вдохи, пока ему не стало не так больно от того, что он жив.

***

Самой жестокой шуткой недели была не смерть Рико и не невероятная победа Лисов, а то, что учебный семестр все равно продолжался. В понедельник начались выпускные экзамены. Эдгар Аллан согласился, чтобы Эбби проводила экзамены Жана, при условии, что он будет сдавать их на территории кампуса; его преподаватели будут отправлять их по факсу в офис Ваймака раз в день. В понедельник утром Жан встал вместе с Эбби и отправился в Лисью нору на пассажирском сиденье.

На большинстве звеньев ограждения вокруг стадиона были намотаны ярко-оранжевые ленточки, и студенты подходили, чтобы приклеить написанные от руки знаки победы и поддержки. Носки и футболки добавляли хаоса, и Жан заметил, по крайней мере, один бюстгальтер, зацепившийся за петлю ограждения. Было удивительно, что они так изуродовали свой собственный стадион. Эдгар Аллан обрушился бы на своих учеников за неучтивость.

Возможно, это был бы единственный сценарий, который они бы допустили, если бы ученики оставляли дань уважения Рико за пределами Эвермора. Жан почувствовал, что его мысли путаются, а сердце начинает сдавать, и он выбросил Рико из головы с такой силой, что у него защемило сердце.

Эбби устроила Жана в главной комнате и провела осмотр, прежде чем зачитать ему вслух краткие инструкции. Жан поковырял карандашом в кончиках пальцев, ожидая, пока Эбби включит таймер и уйдет. В эти выходные он вообще не занимался, но бесконечные часы, которые ему пришлось потратить на занятия в последние полтора месяца, окупились сторицей. Единственное, в чем Воронам не требовалось отличиться, так это в учебе; пока они набирали минимальный средний балл, чтобы сохранить свое место в составе, тренеры ничего другого от них и не ожидали. Несмотря на то, что Жану разрешили пройти тест наполовину, он был достаточно уверен в большинстве своих ответов.

Он закончил, имея в запасе несколько минут. Вместо того, чтобы проверить свои ответы, он встал и подошел к дальней стене. Кто-то увешал ее фото с Лисами. Некоторые из них были сняты во время игровых вечеров или вырезаны из газет, но в основном это были «Лисы на отдыхе», и лишь немногие из них были сняты на стадионе. Жан видел кинотеатры, уютные спальни и рестораны. Там были нелепые селфи женщин, одетых для вечернего выхода, снимки с банкетов экси и немало Лисов, корчащих перед камерой нелицеприятные рожи, растянувшись на одеялах для пикника или деформированных диванах.

Они выглядели нелепо и не соответствовали друг другу. Они выглядели яркими, живыми и беззаботными, как будто каким-то образом забыли обо всем, что позволило им попасть в состав Лисов.

В коридоре прозвучал сигнал таймера. Жан хотел было вернуться на свое место, пока его не застукали за вынюхиванием, но, в конце концов, остался на месте. В конце коллажа была фотография Рене. Она стояла затылком к окну и обеими руками указывала вверх и за плечи. Жану потребовалось некоторое время, чтобы разглядеть радугу в далеком небе. Кто-то прикрепил к уголку фотографии маленькую наклейку с надписью «Кому это больше подходит?».

Эбби вышла проведать его и забрать тесты.

– Дай-ка я взгляну на твое колено.

Жан снял фотографию Рене со стены. Эбби ничего не сказала о краже, хотя должна была это видеть, но молча повела его обратно в свой кабинет.

После тщательной проверки этой и новых травм, которые он получил, когда, по-видимому, разгромил комнату Нила в общежитии, она разрешила ему пройти круг по стадиону. Ему по-прежнему не разрешали заниматься силовыми упражнениями или заниматься обычными физическими нагрузками, но он делал все, что мог.

Это не означало, что его не смущало то, что он был совершенно один на внутреннем корте, и Жану пришлось заставить себя начать двигаться, когда все в нем приказывало ему вернуться в раздевалку, где была Эбби. Он часами ходил кругами, проверяя, насколько легко колено и лодыжка выдерживают его вес, а после обеда добавил ступенек. Время от времени он чувствовал боль в колене, поэтому ходил вдоль рядов кресел, пока она не утихала, прежде чем повторить попытку.

Вторник и среда прошли по одной и той же схеме, но вечер среды все изменил. В среду вечером состоялись похороны Рико. Жан весь вечер смотрел в темный экран телевизора и представлял, как Ваймак и Кевин сидят бок о бок на церковных скамьях.