Красная гонкай уныло глядела на старика. Боль в руке понемногу начала возвращаться. Рюга еще долго слушала все нарушения и претензии, которые припоминал харудо. Он вспомнил и про стычки со стражей в Чида, и то, как гонкай трясла местных управленцев, когда квартет еще только приехал в Далай. В какой-то момент Рюга перестала думать и начала прикидывать, где еще она может искать Лису.

— Вы меня слушаете?! — Доко хлопнул по столу. — Сейчас мы решаем вашу судьбу, а вы витаете в облаках!

— А, что вы спросили? — сказала Рюга, как будто ей было лень даже говорить с харудо.

— Как вы объясняете свое поведение в суде?

Гонкай вяло мотнула голову к Фешаню. От боли в руке и оттого, что она перенапряглась, когда психовала, у нее заболела голова. Вдобавок из-за недосыпа Рюга и вовсе чувствовала себя как пьяная. Фешань кивнул.

— Я по-прежнему считаю, что поступила правильно. — сказала Рюга.

— Объяснитесь, — потребовал Доко.

— Я не так уж долго знала пацана, но он не был чокнутым, который стал бы резать того жирдяя как сумасшедший. Я верю, что его заставили это сделать. Тот змеиный урод внушил ему что-то, или сам зарезал травника, а Наэль просто остался там под гипнозом.

— Мы подтверждаем такую вероятность, — вдруг вмешался в разговор Нао.

— Говорите, — сказал Доко.

— Один из жителей, которые давали показания о том, что видели Наэля Дара, когда он входил в лавку Жадочи, сегодня утром явился и сказал, что это было наваждение. Я лично допросил его и всех других, кто фигурировал в этом деле. Ни мальчик, который сообщил Наэлю Дару о том, что господин Жадочи бил его сестру, ни те, кто утверждал, что видели, как Наэль заходит в дом Жадочи, больше так не считают. Напротив, они утверждали, что даже не помнят, как такое пришло им в голову.

— Это правда?! — Рюга ощетинилась, поглядела на Нао, затем на Фешаня.

— Молчать! — потребовал Доко.

Рюга вцепилась в Харудо красными глазами. Морщины появились даже на ее носу. Доко по старой привычке наполнил тело крохами духа, ожидая атаки. Но гонкай лишь выдохнула и свесила голову, когда ощутила, как Фешань сдавил ее плечо, не больно, но крепко.

— Вы все бестолочи, и я перед вами не собираюсь отчитываться.

— Повторите!

— Пацану лучше стало, — бормотала Рюга. — Смеяться начал и жить как все. А потом этот выродок внушил ему что-то, если бы вы выяснили это раньше, ничего не случилось бы.

— Мы не можем проверять такие вещи с каждым подсудимым, — пробухтел Доко, — вдобавок Наэль Дар сам виноват, что заимел такую репутацию. Но это не относится к делу.

— Да? — Рюга уставилась на старика харудо. — А к делу относится то, что это твари тут уже больше десяти лет? Холмы за четыре года не смогли даже обнаружить их. А когда город начал загибаться от эпидемии, жопу надрывал Кит, а вы лишь оцепили все. И он действовал против приказа. Какой с вас толк?!

Фешань снова стиснул плечо Рюги, но уже с силой.

— Довольно! — Доко все это время выдерживал взгляд гонкай. Пушистые усы Харудо слегка обмякли. — Вы слишком неопытны, чтобы судить о том, как устроен мир. Вдобавок, если бы вы не своевольничали, то не попали бы под действие пакта и все эти дети были бы живы. Из тех фактов, что были у нас на руках, наказание Наэля было бы справедливым, несмотря на то, что это была ошибка, мы бы сберегли больше жизней, чем вы.

— Да пошел ты, — шикнула Рюга.

Доко посмотрел на Фешаня. Зверопес попытался что-то сказать гонкай. Та встала, вывернулась, ушла из зала и хлопнула дверьми так, что они слетели с петель.

Харудо провел ладонью по лицу, горько выдохнул.

— Простите, господин Доко, когда она поступит под мое начало, я поработаю над ее поведением, — улыбчиво залепетал зверопес.

— Не будет никакого твоего начала, Фень, она лишь принесет еще большую беду.

— Господин Доко, — заговорил чиновник Тонто, который все это время молчал. — Разве она не исполнила свой долг?

— О чем вы?

— Холмы захватили главного агента, из допроса мы уже получили множество сведений о враге. Я понимаю, что Рюга Рюга Мадо действует импульсивно, но ее чувство справедливости привело ее к поимке опасного преступника и не одного, глава кровников, поплавок Игао и остальные, без нее эти айну были бы на свободе.

— Господин Тонто, теперь вы ее защищаете? — проворчал Харудо.

— Я лишь говорю, как есть.

— То же самое произошло в Чида, — вмешался Нао. — Она нарушила правила, но благодаря ей мы почти захватили кровинка из клана Акши, и она сберегла жизни моим подчиненным.

— Верно, господин Доко, — сказал Фешань. — От вас зависит, будет ли она полезна нашему обществу или ее талант исчезнет на задворках Холмов.

— Талант? Я вижу лишь талант к дерзости. Будь она обычным солдатом, ее бы уже высекли и прогнали взашей. Такие, как она, могут причинить беды в самый неподходящий момент.