Ещё вчера утром он мечтал о ещё одном шансе познакомиться с этой женщиной. Одной возможности, чего бы это ему ни стоило. И вот она появилась. Это было совсем не то, что Кай себе представлял. Он, конечно, никогда не думал, что окажется на пороге отцовства. Что ребёнок, о котором идёт речь, окажется в опасности.

Его сердце бешено колотилось, гоня кровь по венам, помогая ему подготовиться к битве с неизвестным врагом. Ему хотелось сказать ей, что всё будет хорошо. Но, несмотря на неуверенность, всё будет как должно. Дело в том, что они принадлежали к двум совершенно разным видам. Может быть, слишком разные, чтобы всё обернулось хорошо. Он надеялся, что нет.

— Ты слышала Бекки. — Кай сделал шаг вперёд, положив руки по обе стороны от дверного косяка. — Мы должны сохранять позитивный настрой. — Он с трудом сглотнул. — Возможно, вчера я не знал об этом ребёнке, — Кай покачал головой и громко вздохнул. — Прошёл всего один день, а я уже люблю его. Я здесь ради него во всех отношениях, а это значит, что я здесь ради тебя, как матери этого ребёнка. Мы пройдём через это вместе, несмотря ни на что…

— Не говори этого. — Руби закрыла глаза, смаргивая слезы. — Всё будет хорошо. Так и должно быть. — Казалось, она пыталась убедить себя. Возможно, она пыталась убедить его.

Кай кивнул.

— Что будет после того, как он родится? Я останусь здесь или…?

— У нас ещё будет время поговорить об этом.

Она покачала головой.

— Нам нужно обсудить это как можно скорее. Несмотря на то, что сказала Бекки, я знаю, что скоро разрожусь.

Слава богу, что у вампиров, мать их, не бывает сердечных приступов, иначе он бы свалился прямо здесь и тогда. Её освобождение приближалось. Он не мог ждать. По крайней мере, когда яйцо будет отложено, они смогут расслабиться. Если, конечно, оно всё-таки было. Сначала нужно было столько всего сделать.

— Сначала ты должна рассказать мне, почему ты была в том баре. Почему ты похитила меня. Почему я? — он выдержал её взгляд. — Ты знала, что у тебя будет течка, и всё же…

Настала очередь Руби поднять руку.

— Мы поговорим об этом, когда ты вернешься. Я тебе всё расскажу. — Он заметил, как она едва сдерживает зевок. — Я не могу сейчас. Ты прав, мне нужно отдохнуть. Тебе нужно пойти и повидаться со своей женщиной.

Кай кивнул.

— Да. — Он попытался смягчить свой голос. Он не стал поправлять её насчет Джорди. — Увидимся позже.

— Позже. — Руби закрыла дверь.

Кай просто постоял там несколько минут, глядя на дерево, как будто оно могло дать ему ответы, в которых он нуждался. С этим придётся подождать.

Когда он открыл дверь, Джорди стояла у окна в его гостиной. Она медленно обернулась, когда он вошёл. Её глаза были красными, как будто она плакала.

— Я не могу поверить, что ты скрывал это от меня. Я думала, мы друзья. Лучшие друзья. Проклятье. По замку ходили кое-какие слухи, но я отказывалась их слушать. Я не верила в это. Я была так уверена, что ты бы сказал мне, если бы…

— Успокойся.

— Не уговаривай меня успокоиться! Неудивительно, что ты так странно себя вел. Теперь это становится понятным. Я просто хочу, чтобы ты мне доверял. Дракон-оборотень. — Джорди была на две части рассержена, а на одну — расстроена. — Долбанный дракон-оборотень. О чем, черт возьми, ты думал? Не могу поверить, что ты никому не рассказал. Я не могу поверить, что ты мне не сказал… твоей лучшей подруге.

Он проигнорировал комментарии о том, что Руби — оборотень.

— Клянусь, я не знал, что она беременна. — Кай шагнул к ней.

Джорди фыркнула. Она закатила глаза.

— Да, конечно. Черта с два ты не знал. Это невозможно. Её запах свел бы тебя с ума. Ты бы не смог оторваться от неё. Ты больше не какой-то подросток, Кай. Черт возьми, ты был со мной в тот единственный раз, когда…

— Можешь не напоминать мне. Я помню, — прорычал он. — Это чуть не оставило у меня шрам на всю жизнь. — Кай не смог сдержать улыбку.

Джорди издала звук разочарования, но он не мог не заметить, как уголки её губ приподнялись. Это была первая течка его лучшей подруги. Так много лет назад. Сам будучи подростком, Кай не понимал, что, чёрт возьми, с ним происходит. Только что они смеялись и шутили, а в следующее мгновение он уже не мог перестать обнюхивать её. В нём была какая-то потребность. Он не знал точно, что это за потребность. Он сказал Джордан, как чудесно от неё пахнет. И что он никак не мог насытиться этим ароматом. Следующее, что он осознал, — это то, что он притягивает её к себе, обнимает, желая прикоснуться к ней. Желая того, что, как Кай знал, было неправильно… по крайней мере, с Джордан это было бы так. Именно тогда она, к счастью, поняла, что происходит, и удрала оттуда со всех ног. Она тоже никогда не позволит ему забыть об этом. После этого Джорди дразнила его несколько месяцев.

— Возможно, ты и не знал, что происходит, когда был четырнадцатилетним долговязым подростком, но ты не мог этого не знать, став взрослым мужчиной. Ни за что на свете, — она уперла руки в бока. По какой-то причине Джорди часто испытывала потребность по-матерински относиться к нему. Он любил и ненавидел это в равной степени.

Знал ли он, что у Руби течка? Какой-то внутренний голос заставил его задать этот вопрос. Он очень быстро согласился с дурацким ответом Руби. Что, если она сказала бы правду? Смог бы он уйти от неё? Чтобы не дать себе овладеть ею. Ни единого грёбаного шанса. Но факт оставался фактом: ей вообще не следовало похищать его, она прекрасно понимала, что у неё начинается течка. Это было преднамеренно и лживо с её стороны.