— Ты вызываешь меня на дуэль? — сдерживая полыхнувшую в глазах радость, уточнил Кирилл Сергеевич.

Кстати, на вид ему лет двадцать пять, высок, худощав, на пальце печатка с каким-то гербом (принадлежность к клану?).

— А разве нельзя? — пожал я плечами.

— Лёша, что ты творишь? — обеспокоено шепнула мне на ухо Вика. — Привлёк к себе всё внимание. Уже и Ирина сюда спешит!

— Здесь и сейчас, на шпагах! Или струсишь? — прищурился Востриков.

— Что происходит?! — подошла та, кто недавно устраивал допрос, спасибо, что не с пристрастием. — Алексей Петрович, почему у вас на лице и волосах вино? — она посмотрела на моего обидчика: — Ваших рук дело?

— Он не увернулся, когда я мимо проходил, — развёл виконт руки в стороны. — Извиниться не захотел, назвал меня наглецом, а потом и платок в лицо швырнул. На дуэль вызвал, так что я в своём праве.

— Мерзавец и дурак, — не разжимая губ, произнесла Ирина Михайловна.

Её слова могли услышать лишь трое, в число которых входил виконт, я и Вика. Похоже, ещё молодой парнишка сумел-таки расслышать, побледнел и отшатнулся. Спесь с него мгновенно слетела, кстати, господин Востриков тоже побледнел чутка. Не ожидал, что нарушит какие-то планы дамы в красном, обладающей тут властью?

— Господа не желают примериться? — ехидно уточнил граф Найдёнов. — Кто попросит извинений?

— Не готов их принять, — спокойно ответил я.

Дело в том, если на секундочку представить, как мой обидчик выдавит из себя слова извинения и их приму, в глазах собравшихся в этом окажется заслуга Ирины Михайловны. Мол простолюдин струсил, а замяла это дело его покровительница. Какие пойдут слухи и сплетни? Блондинку тоже подставлю под удар осуждения обществом. С одной стороны, мне на благородных плевать, однако, работать именно с ними собирался. В их руках сосредоточено большинство производств, где требуются услуги нашей фирмы. Нет, обычным людям оказывать услуги, разумеется, будем, но основной доход рассчитан именно на различные кланы, а в них сплошь аристократы! Это касается прикрытия, для официальной отчётности, хакерские дела не в счёт.

— Пройдёмте на ристалище? — предложил Степан Григорьевич, не скрывая улыбки.

Мало я этому белобрысому наглецу проблем доставил. Пожалуй, пора за него всерьёз взяться. Он в сеть выйти не сможет, сразу получит спам-атаку! Или палить его железо, с периодичностью этак раз в неделю и чаще? Ладно, подумаю, просто так это не оставлю. Даже в такой ситуации и то на Викторию бросает многообещающие взгляды. Мало его проучил, мой косяк!

— А что скажет именинница? — Ирина Михайловна обратилась к Серафиме. — Это её праздник и если пожелает, то дуэль вольна отложить.

Взгляды скрестились на засмущавшейся виновнице торжества. При этом спутник моего обидчика и граф Найдёнов, с которым Серафима недавно танцевала, делают ей знаки, чтобы не встревала.

— Простите, говорят, что красивые сражения на балах и торжественных приёмах являются своего рода украшением, — пролепетала именинница, потом взяла себя в руки и с улыбкой продолжила: — Конфликт меня никак не затрагивает, если не ошибаюсь, вмешиваться не могу.

Хм, похоже, эффектная блондинка сильно разочарована в словах той, кому подарила байк, да ещё с родителями вела переговоры.

— Я тебя услышала, — кивнула дама в красном, от которой прямо-таки веет раздражением. — Господа, бой до первой крови, правильно?

— Троекратное оскорбление при многочисленных свидетелях, — отрицательно качнул головой Востриков. — Оставляю за собой право нанести столько же уколов, если раньше не услышу слова о пощаде.

Я пожал плечами и никак не прокомментировал слова своего оппонента. Виктория притихла, идёт рядом и кусает губы. На мои замечания не реагирует и готова разрыдаться.

— Ты меня уже хоронишь? — улучил момент, когда рядом образовалось пустое пространство. — Вик, ты же неплохо меня изучила, неужели не доверяешь? Учти, за каждую слезинку, пролитую по мне, в постели с тебя спрошу.

— Алексей, ты о чём? — не поняла та.

— После приёма в квартиру вернёмся и тогда покажу на что способен!

— А силы-то останутся? — спросила та и всё же шмыгнула носом.

— Прости, платок свой наглецу отдал, — провёл кончиком пальца по её щекам, стирая солёные капельки. — Сейчас нос распухнет, лицо пятнами пойдёт, а ты мне танец обещала. Как вальсировать будешь?

— Ты уверен? — с шумом сглотнула та.

— Посмотришь, — подмигнул и направился к обслуживающему ристалище господину, перед которым стоит виконт, какой-то его приятель и Ирина Михайловна.

Шпаги уже вынесли, право выбора оружия предоставили мне. Но это чистая формальность, клинки одинаковые, их изготавливал один мастер.

— Отойдём на пару слов, — скрипнув зубами, произнесла блондинка, кивнув мне в один из углов зала. — Там не подслушают, для видеокамер мёртвая зона, микрофонов нет.