На экране Начальник Генерального Штаба маркиз Ле-Блосьер барон Мостовский честь не отдал, поскольку был без фуражки и вообще в гражданской одежде, но вытянулся.

— Ваше Всевеличие, с Новым Годом! Жду ваших Повелений!

— Приведите орбитальную группировку и Космодесант в полную боевую готовность. Жду вас на Острове завтра к полудню. Хорошего Нового Года.

* * *

ТЕРРА ЕДИНСТВА. РОССИЯ. КРАСНОЯРСК. ВОИНСКАЯ ЧАСТЬ РЕЗЕРВА 12157. 1 января 2020 года.

— С Новым годом, потерпевшие! Марш-бросок двадцать километров в полной выкладке! Снег не убирали, чтоб вам было интереснее и веселее праздновать! Зачёт по последнему! Вопросы, предложения, замечания? Нет?

Дураков не было. Зачёт по последнему. И кого-то придётся нести. И не потому, что бедняга устал, а потому, что полковник ткнет пальцем и объявит сильно умного условно раненным и его приказано будет транспортировать в медчасть. На себе, разумеется. Сквозь снег по пояс. «Раненого» им, конечно, найдут и так, и тащить его придётся по-любому, но он, по крайней мере сам не нарывался и товарищей не подставлял. А с такими задающими вопросы начальству «умниками» разговор с товарищами мог закончиться и форменным мордобоем после отбоя. В смысле бить будут прямо в форме. А потом потерпевший получит от сержанта два наряда за порчу казенного имущества и будет покупать новое, но уже за свои деньги.

— Отлично! Командиры подразделений получили на планшеты учебную задачу. Исполнять!

Полковник Ярышев мрачно смотрел на разбегающихся резервистов. Вот не было печали в новогоднюю ночь. Бухал бы за семейным столом, так нет же — внезапные учения и проверка готовности. Кому они нужны? Зачем? Бог весть. Но, командование решило, значит — ёжик мягкий.

В части служили резервисты. Люди, которые уже отслужили срочную службу и подпадали по здоровью в статус «Резерв». Их собирали на две недели раз в год, гоняли, учили изменениям в технике, Уставе, практике применения и прочему. И платили. Не так чтобы космические деньги (Добро пожаловать в Космодесант), но вполне реальные. Так что «потерпевшие» бурчали не слишком. Для многих это был отдых от жен и от мужей. Дам тоже хватало тут. Как гласила старая армейская шутка: «Дам, не дам, дам, но не вам». Отрывались как могли и те, и эти. Командование, разумеется, закрывало на всё глаза. Всё чинно и благородно.

На самом деле полк — это сплочённый коллектив, настоящее братство и сестринство. После срочки военнослужащие переводились в запасные батальоны резерва, но, всё равно оставались частью своего полка. Они общались, переписывались в закрытых группах, поздравляли друг друга с Днём рождения или с рождением ребёнка, сплетничали, периодически устраивали попойки и посиделки.

Зачем они были нужны? Империи был необходим мобилизационный ресурс, который не слишком долго было бы нужно обучать. Подготовленный солдат, объективно, это год учёбы. Танкисты, моряки, тем более Космодесантники и пилоты Космофлота — минимум три года обучения. Вдруг что — не получится вытащить с улицы кого попало, надеть погоны и объявить солдатом, тем более техническим специалистом. Качество материала «с улицы» будет таково, что проще застрелить, чтоб не мучился.

Но, главное, они все друг другу братья и сестры. Они умрут и убьют за други своя. И нет большего позора, чем предать своих боевых товарищей.

И все они уже взрослые — им не надо пафосных патриотических речей. Они знают кого защищают. У каждого подрастают дома те, ради кого стоит жить и за кого умереть.

* * *

ОСТРОВ. ИМПЕРАТОРСКАЯ КЛИНИКА. РОДИЛЬНОЕ ОТДЕЛЕНИЕ. 1 января 2020 года.

— Светлейший, поздравляю, но тут курить запрещено.

— Да, спасибо, извините. Нервы.

— Всё равно нельзя. Это родильное отделение. Иначе я прикажу вас вывести отсюда.

Киваю, спешно туша сигарету.

— Я понимаю, Анна Андреевна. Извините ещё раз.

Врач строго подождала, пока я не затушу сигарету, затем повелительно протянула руку, и я, словно проштрафившийся школяр, отдал ей пачку сигарет.

— Ещё раз поздравляю, Светлейший. С Новым Годом.

— Взаимно, Анна Андреевна. С Новым Годом! И спасибо!

Она кивнула и молча ушла по своим врачебным делам. Строгая женщина. Плевать она хотела на мои титулы. И на Динкины. И на куда более многочисленные титулы нашей новорождённой дочери Ярославы. Анну Андреевну тут не для того держат, чтобы улыбаться всяким высокородным уродам, типа меня. Лучшая клиника мира. А роды, ну, что, роды. Кто на Острове только не рождался. Ну, кроме непосредственно возможных наследников Трона. Те рождались исключительно в Чаше Порфиры в Императорском Дворце Единства в Константинополе. Никак иначе. И крестились эти дети в Первопрестольной Москве, в Успенском Соборе, как положено Традицией. Ну, а, мы, по-простому, рылом не вышли и не претендуем, как говорится…

Да и кто нас пустит рожать в Порфиру? Маше только путаницы в Престолонаследии не хватало. И так бардак.

Вышел на крыльцо и подкурил новую сигарету. Я — Лицеист, а не прыщавый заучка. Отобрала она. Ха-ха. Пусть моего папу вызовет на побеседовать.

Ну, что Диана заснула. С Ярой вроде хорошо всё. Там врачи и нянечки. Я тут чисто так посмотреть и подумать. И успокоиться. Если вдруг кто-то думает, что роды это про женщин, то он ошибается. Мужчин не зря не пускают на роды.

— Светлейший! Я не поняла!

— Извините, Анна Андреевна, я…

— Пачку!

Отдаю.

— Здесь нельзя курить! Категорически!

— Извините…

Пачка отобрана.

Хмурый строгий взгляд, полный сомнения. Молча повернулась и, выбросив пачку в мусор, ушла в клинику.

Вот же… Достаю новую пачку. Конечно, тут везде камеры наблюдения, но лишний раз близко мозолить как-то глупо. Хотя бы дальше, чтоб Анне было лень со мной опять возиться. Остальных можно и мягко послать. Я тут всё же не хрен с огорода. Хотя с неё станется и воспользоваться громкой связью. Нет, она не станет беспокоить рожениц, а наушник я «не услышу». Так что метров за сто на алее парка можно и покурить.