Серафиме Аркадьевне только приходится поджать губы. Она опять смотрит на меня с прищуром.

– Серафима Аркадьевна, - нахожусь под ее недовольным взглядом, - это я виновата. Во-первых, я не предупредила, что Полю сегодня заберет бабушка. Во-вторых, я ошиблась со временем окончания уроков. Вот и получилась неразбериха.

Пытаюсь улыбаться, но дается это сложно.

На мое счастье звенит звонок с последнего урока.

– На сегодня идите, - выдыхает тяжело Серафима Аркадьевна. – Но впредь такого провернуть не удастся. Я имею права затребовать нотариальную доверенность. И если у твоей свекрови ее не окажется, вызову полицию. Напишу заявление на попытку похищения.

Мы еще немного с Зинаидой Владимировной потаращились на директора школы и ушли.

– Ты смотри-ка, как все строго стало в этих школах.., - задумчиво произносит моя ненастоящая свекровь, когда мы идем с ней к выходу.

– Зинаида Владимировна, - останавливаюсь, чтобы посмотреть этой женщине в глаза, - при всем моем уважении к вам и ненависти к вашему сыну.., - готова заплакать в этот момент. – Я вас очень прошу… не вмешивайтесь больше… А то…

– Что «то»? – теперь Зинаида Владимировна смотрит на меня с прищуром и поджав губы. – Тоже вызовешь полицию и напишешь заявление о попытке выкрасть ребенка?

В моих глазах все же появляются слезы.

– Значит так, Борисова Анна, - неожиданно женщина переходит на властный тон, - мне нужна союзница.

– В ч-чем? – у меня уже нижняя губа трясется.

– В войне с сыном, - категорично заявляет.

– Зачем? – не понимаю смысла ее просьбы.

Да и просьба ли это…

– Вчера я стала свидетельницей его отвратительного поступка, - пытается пояснить. – Поэтому я прошу… нет, я требую, чтобы вы взяли меня в свои бабушки!

Остается только закатить глаза.

– В отличие от своего сына, я от тебя с Поленькой не откажусь, - добавляет она.

– Вам-то это зачем? – устало смотрю на нее.

Женщина подходит ко мне ближе и говорит заговорщицки.

– Я смотрю… мой сын любит играть на чувствах людей. Я его так не воспитывала. Пора бы преподать засранцу урок.

– Типа вы сейчас занимаетесь не тем же.., - ухмыляюсь, хотя в душе сплошная горечь.

– Тем же, - кивает она. – Вот я к вам привыкну, и не отстану. Если не папенька, то хоть бабушка и свекровь у вас останется навсегда.

– А нам какая с этого выгода? – спрашиваю чуточку нагло, потому как хочу, чтобы она просто от нас отстала.

– Деньги моего сына, - пожимает плечами, - полное его использование. Чтобы он почувствовал, какого это… использовать людей. А в особенности детей.

Я не дала ответа. Но за меня это сделала Полина.

– Бабушка! – кинулась моя дочь в объятия незнакомой женщины, стоило ей нас увидеть.

Глава 15. Анна

Ты смотри-ка… Не уехал…

– Филька, здорово! – неожиданно для всех кричит громко Зинаида Владимировна своему сыну.

– Филя? Как в «Спокойной ночи, малыши»? – восхищенно смотрит Поля на ненастоящую бабушку, держа ее за руку.

– Точно! Такой же наивный, как дите, - посмеивается женщина.

Идем в сторону автомобиля Кириллова. Точнее – нас ведет к нему Зинаида Владимировна. Не спрашивая нашего мнения, не интересуясь, есть ли у нас дела. Она лишь громко воскликнула: «Какие еще могут быть дела в пятницу вечером?!», схватила моего ребенка за руку и уверенно повела к выходу.

– А.., - возникает в голове догадка, - ваш сын знал о вашем местонахождении?

– Конечно! – улыбается Зинаида Владимировна. – Этот засранец многое знает обо мне, - практически шепчет в ухо на ходу. – Во!

Горделиво показывает мне фитнес-браслет на запястье.

Вот же гад…

Демонстративно отворачиваюсь от наглой физиономии, когда подходим к машине.

– Папа! – радостно вопит Поля и обнимает Филиппа.

Не могу на это смотреть. Слышать своего ребенка в этот момент еще больнее.

– Здравствуй, мама, - дежурно здоровается с матерью сын. – Удивлен твоему присутствию здесь.

В голосе так и слышится сарказм.

– Почему? – делает вид, что ничего не понимает, Зинаида Владимировна. – Любящая внучку бабушка хочет провести с ней время. Разумеется, лучше, если мы отправимся кутить всей семьей.

– Мам, у меня работа, - недовольно отвечает Филипп.

– Она у тебя всегда, - кидает ему мать, усаживая мою дочь на заднее сиденье автомобиля Кириллова. – А семья у тебя временная. Может пропасть в любой момент.