И самое главное, как верно заметил Нильс — на трупах ни одного видимого следа повреждений.

— Любопытно, — я поднял брови.

Пять мертвых солдат, столько же мертвых лошадей, лежат на земле, застыв почти в одинаковых позах. Как будто ехали и вдруг всех разом настиг сердечный удар. Причем и людей и животных одновременно. Из них словно выпили жизнь.

Я повел рукой ощущая едва заметную вибрацию. Легкие остаточные следы — возмущение в магическом фоне, не успели рассеяться. Хотя и без них видно, что патруль убили колдовством.

— Магия, — мрачно произнес Нильс.

Я кивнул.

— И весьма неординарная. Это тебе не классический файерболл, сжигающий лицо врага. И даже не теневой клинок, наносящий быстрые раны. Кто бы это не сделал, он применил нестандартные чары.

Следопыт слез с коня, наклонился над ближайшим телом. Ловкие тонкие пальцы быстро обшарили пояс на предмет ценностей. Через пару секунд на свет появилось несколько мелких монет, в основном медь и серебро, но для этих краев даже это небольшое богатство.

— Кто бы их не убил, он даже не взял деньги, — резюмировал Нильс поднимаясь.

— А разбойники вообще раздели бы до трусов, сбросив трупы в канаву, — добавил я.

— Вряд ли среди разбойников мог затесаться маг, способный одним ударом уничтожить конный отряд, — справедливо возразил следопыт.

— Может и так, — невпопад ответил я, с высоты седла изучая расположение тел убитых лошадей и людей. Действительно все выглядело так, будто их накрыло разом.

Незнакомая магия вызвала беспокойство. Если не знаешь, с чем столкнешься, то не сможешь этому противостоять. Судя по всему, это не физическое воздействие, а нечто другое. Какой-то удар, проведенный на уровне тонкого мира, разрывающий связь между духовным и материальным.

Хотя нет, такое подходит только для обладающих разумом и самосознанием, животные бы не пострадали. Тогда что? Ответа на этот вопрос ни у меня, ни у Га-Хора не было.

— Неплохой трюк, — задумчиво обронил я, разглядывая мертвецов с академическим интересом.

Как черт возьми они это сделали? Или он? Маг, обладающий непонятной силой. То, что в деле замешана магия не вызывало сомнений, но это могло быть действие не заклинания, а амулета.

Нильс похоже подумал о том же.

— Может это какой-нибудь магический артефакт? Они действуют мгновенно. Путника остановили, он достал жезл…

— Жезл? — удивился я.

Следопыт пожал плечами.

— Может не жезл, может кулон, — взгляд парня машинально скользнул к моей груди, где висел амулет-накопитель. — В любом случае, видно, что патруль застали врасплох, никто даже оружие выхватить не успел, как всех положили.

Говоря, Нильс не забывал обходить по очереди тела, обыскивая каждое на предмет ценностей. В основном брал деньги, вытаскивая из поясов и высыпая из кошельков монеты разного размера и достоинства. Оружие оставалось на месте, как и броня, вполне приличная, кстати, на вид. Выделенная кожа, хороший крой, элементы подогнаны под владельцев. Видно, что регулярные войска, а не случайная шайка бандитов.

— Припасы не бери, — предупредил я. — Кто знает, как магия повлияла на продукты.

К седлу каждой мертвой лошади приторочены сумки, внутри свертки с едой и другая необходимая в дороге бытовая мелочь, вроде посуды.

— Не дурак, — Нильс отступил от выпавшего на землю куска копченного окорока. Выглядевшего так аппетитно, что окажись на нашем месте кто-то другой, вполне мог рискнуть подобрать.

И скорее всего через пару дней в полной мере ощутил на себе все прелести побочных эффектов тлетворных остатков заклятья, впитавшихся в продукты.

Монеты вроде нормальные, по крайней мере никаких следов вредного излучения нет. Никакой ауры, никакого свечения, как обычно бывает с наполненной магической энергией вещью.

— Меня вот что интересует, — глухо произнес я. — Обычно в таких патрулях должно быть больше людей. Как минимум десяток солдат под предводительством офицера. Если так, то где остальные?

В отличие от Нильса, я так и не слез с лошади, застыв над местом побоища темным изваянием в образе всадника в плаще с глубоко надвинутым капюшоном. Следопыт замер и заозирался, до него быстро дошло.

— Хотите сказать, кто-то выжил?

— Хочу сказать, что отряд вполне мог разделиться на короткое время и сейчас приятели погибших усиленно ищут дружков. Если нас рядом с ними обнаружат…

Продолжать не требовалось. Застигнутый на месте преступления человек автоматически становился главным подозреваемым. В нашем случае — сразу преступником. Судопроизводство в эту эпоху отличалось простотой, никто особо заморачиваться не будет, разбираясь, что в действительности произошло. Увидят трупы и нападут, мстя за погибших товарищей.