Он оттолкнулся от окна.

— Стой. Не ходи туда. — Он сел на край кровати. — Не ходи.

Я закрыла губы и посмотрела на луну. Слеза скатилась по моей щеке, но я быстро смахнула ее и сделала несколько глубоких вдохов.

— Я должен отомстить за нее. Она умерла из-за меня.

Я бросилась к нему.

— Не вини себя, Блейк. Это не твоя вина. Ты не убивал ее. Они убили.

Он обхватил голову руками и положил ее между колен.

— Они бы не убили ее, если бы я послушал их.

— Это спорно, и ты это знаешь. — Я села перед ним на колени и запустила свои холодные, дрожащие пальцы в его волосы. — Они были головорезами. Подонки. Ее смерть на их руках, а не на твоих.

Он поднял голову, чтобы посмотреть на меня, и мое сердце сжалось от слез на его лице. Он смахнул их, но это не помешало новым собраться в его глазах.

— Ты думаешь, я не говорил себе этого? Ты думаешь, я не пытался избавиться от этой чертовой вины? Но как бы я это ни формулировал в уме, результат всегда один и тот же. Она не должна была умереть. Ее не должны были похищать, насиловать и убивать!

С тихим криком я обняла его и притянула к себе, прижав его голову к своему плечу. Мне потребовалось много сил, чтобы не плакать самой, но я должна была быть сильной ради него.

— Для меня нет другого пути, Джесси. — Его шепот был окончательным, вонзающимся в меня постоянной болью. Я не могла ничего сделать или сказать, чтобы заставить его передумать.

Я держала его, пока его дрожь и слезы не прекратились, сохраняя молчание. Я проверила свой телефон на наличие сообщений и нашла несколько от Мел и Сары.

— Мел и Сара ждут меня у Мел. Мы ночуем у нее. — Я закончила предложение с долей неуверенности, оставляя ему возможность сказать мне, что я могу остаться.

Я хотела остаться. Я боялась оставлять его наедине со своими мыслями и кошмарами, но он закрылся и надел невидимый щит, который всегда носил с собой.

— Все в порядке. Иди. Я буду в порядке.

— Но я не хочу, чтобы ты был один.

— Я хочу остаться один. — Он едва взглянул на меня, надевая рубашку и спортивные штаны, его тон не оставлял места для споров.

— Но…

— Джессика, все в порядке. Просто уходи.

Я не хотела, чтобы он разбирался со своими демонами самостоятельно, но заклинание, которое держало нас вместе сегодня, теряло свою силу, и расстояние между нами снова увеличивалось.

— Понимаю. Хорошо. Я уйду.

Я ответила Мел, что еду к ней, сохраняя бесстрастное выражение лица, но он словно видел меня насквозь. Он остановился передо мной с раскаянием, от которого его черты потемнели. Он поднял руку, чтобы коснуться моей щеки, и я затаила дыхание, более чем осознавая, что на мне только его рубашка и трусики, но он убрал руку, прежде чем наша кожа соприкоснулась.

— Так лучше. Для нас обоих.

Я просто кивнула, изо всех сил стараясь держать себя в руках. К счастью, мне удалось сохранить спокойствие, выходя из его комнаты, из его дома и, скорее всего, из его жизни.

Я остановилась рядом со своей машиной и устремила взгляд на небо, ища луну, но в отличие от предыдущего раза она была затянута облаками и едва видна, показывая, что даже самые мощные светила могут быть побеждены завесой тьмы.

Должен был быть способ заставить облака Блейка исчезнуть. Его свет, каким бы слабым он ни был, не мог просто так ослабнуть.

Хотя казалось, что уже слишком поздно.

Я вошла в свой дом тяжелыми шагами, и чувствовала себя как зомби, потому что почти не сомкнула глаз прошлой ночью. Не помогло и то, что Мел допрашивала меня, когда я наконец пришла к ней домой с опухшими, налитыми кровью глазами, и попросила воспользоваться ее душем, что вызвало еще больше вопросов, от которых я не могла избавиться. В итоге мы разговаривали до поздней ночи, и они едва держали глаза открытыми.

Я ничего не упомянула о своем разговоре с Блейком или его кошмаре, только придерживаясь секса. Челюсть Мел отвисла до пола, когда она услышала, что мы с Блейком это сделали. Было забавно просто думать о выражении ее лица, но я не могла найти в себе сил улыбнуться сейчас, когда шла на кухню, настраивая себя на момент истины.

Видя, как Блейк продирается сквозь свою жизнь с посттравматическим стрессовым расстройством, я подготовилась к разговору, который мне непременно предстояло провести с родителями. Я не хотела больше откладывать его. Выступление перед всей школой было всего лишь одним шагом к осуществлению моих мечтаний. Следующим шагом было рассказать родителям, кто я на самом деле.