Лара всё ещё избегала встречаться со мной взглядом и лишь пожала плечами.

Мой желудок сжимался от каждого нового насмешливого замечания, а решимость не сравнивать Лару с Аней начала трескаться. Аня никогда не стояла в стороне, если кто-то из её друзей нуждался в помощи.

— Он знает, что слуга отражает хозяина, — голос за моей спиной объявил о приближении Гаррика. Я выпрямилась, чувствуя его присутствие — тяжёлое, почти ощутимое напряжение, которое пробежало по моему позвоночнику, заставив волосы на затылке подняться дыбом. — Говорят, ты красавица, Лара. Возможно, король хотел отразить другие части твоей личности.

Талфрин вскочил на ноги.

— Личность леди Лары так же прекрасна, как и её лицо.

— Талфрин, — тихо произнесла Лара.

— Это правда, — Талфрин остался твёрд. — Я не позволю никому унижать наследницу моего дома.

Гаррик рассмеялся, и я вздрогнула, когда его палец скользнул по моей шее под собранными волосами.

— У тебя нет шансов, Талфрин. Сядь, пока я тебя не покалечил.

К чести, Талфрина, он остался на месте.

Маркас, частый союзник Гаррика в жестокостях, поднялся и встал рядом с ним. Теперь оба находились за моей спиной. Как бы мне ни хотелось развернуться и плюнуть им в лицо, это не входило в мою роль. Это бы плохо отразилось на Ларе и, скорее всего, привело бы к ужасным последствиям. Я замерла, несмотря на внутреннюю дрожь, подсказывавшую бежать.

— Сядь, — приказала Лара Талфрину, явно пытаясь разрядить ситуацию. Наконец, он подчинился.

Гаррик, однако, не убрал руки. Его палец скользнул ниже, вдоль моего позвоночника, к талии. От слишком близкого, почти интимного прикосновения по моей коже пробежал холод.

— Она ещё и костлявая, — протянул он.

— Гаррик, — произнесла Уна, её тон был ледяным, но скучающим. — Это должно быть развлечением? Очень уж уныло.

— Я просто пытаюсь разгадать загадку, — ответил он с усмешкой. — Вот у нас прекрасная леди из Благородных Фейри, о которой Талфрин утверждает, что она столь же красива внутри, как и снаружи, а вот её костлявая человеческая служанка. Может, её красота скрыта, а?

Он схватил меня за воротник и потянул.

Ткань натянулась, сдавливая горло. Я закашлялась, схватившись за шею, но швы начали трещать под его силой. Шов на плече моего платья разошёлся.

— Прекрати, Гаррик, — неуверенно протянула Лара, протягивая руку, но не осмелившись вмешаться.

Маркас рассмеялся, затем схватил другой рукав платья и дёрнул. Меня качнуло, и платье окончательно разорвалось на стороне Гаррика, передняя часть ослабла, грозя упасть. Я отчаянно пыталась прикрыться. На мне была нижняя рубашка, но фейрийское бельё было столь тонким, что почти ничего не скрывало.

Кинжал-браслет на моём предплечье завибрировал, его край оказался всего в нескольких сантиметрах от пальцев Гаррика. Ещё пара рывков, и он обнаружит его.

Я пыталась вырваться, но Маркас обхватил меня за талию, удерживая на месте, пока Гаррик обошёл меня спереди.

Убей, — прошептал кинжал. — Пить.

— Прекрати это. — Лара, наконец, поднялась и потянула Гаррика за руку. Она защищала меня, но этого было слишком мало, слишком поздно.

Гаррик рассмеялся и сорвал висевший лоскут платья до моей талии. Моя влажная от пота нижняя рубашка прилипала к коже, становясь почти прозрачной. Я вспыхнула от стыда. Никогда ранее мужчина не видел меня в столь оголенном виде.

— Что скажешь? — Он схватился за ворот рубашки, пока я тщетно пыталась прикрыться. — У людей есть какая-то скрытая красота под одеждой?

Убей. — К моему ужасу, кинжал на руке начал медленно двигаться вверх, готовясь к удару.

Нет. Ты не можешь его убить. — Если бы кинжал убил его, меня наверняка приговорили бы к смерти.

Накажи, — прошептал он, и наказание звучало прекрасно. Но если кто-нибудь узнает, что у меня есть оружие, его сразу же отнимут. Сейчас я не могла позволить себе потерять кинжал.

Гаррик отбросил мои руки и разорвал сорочку спереди. Я вскрикнула, пытаясь оттолкнуть его ногами, но Маркас схватил мои запястья и заломил их за спину. Моя грудь оказалась обнаженной перед всеми, кто устроил пикник. Фейри, сидевшие на ближайших одеялах, с любопытством наблюдали за шумом. Щеки горели, а сердце бешено колотилось от ярости и ужаса.

— Продолжить? — спросил Гаррик, стряхнув руку Лары, которая снова попыталась его остановить.

Ударь его, мысленно взмолилась я, но Лара была слишком робкой, чтобы осмелиться напасть на другого кандидата. Она умоляла его словами, а он смеялся, сжимая ткань у моей талии, готовясь сорвать последний щит, прикрывающий меня.

Кинжал начал сползать по моей руке к сжимающим меня кулакам Маркаса, напевая мелодию ненависти в моей голове. — Накажи. Накажи. Накажи.

— Прекратите. — Новый, громоподобный голос вмешался в происходящее.