Я поднимаюсь по лестнице и на ходу стягиваю с себя всю грязную одежду, пропитанную потом.

Затем включаю обжигающе горячий, как мне нравится, душ, и встаю под непрерывный поток воды.

Душ — единственное место, где отпускаю себя и позволяю подумать о Мии так, будто она лишь какая-то женщина, которую я встретил, а не вдова моего самого близкого друга.

Если Трой и правда где-то там наверху и смотрит на нас, то я вполне уверен, что он выйдет и даст мне личное пространство, пока я принимаю душ. Так что я понимал, что могу спокойно фантазировать здесь.

Я не могу вспомнить, когда это случилось. Будто бы я проснулся однажды утром, а она стала не просто Мией, больше не моим другом.

Я любил её не только как лучшего друга. Я был также влюблён в неё.

Она — Мия. Красивая и сексуальная женщина, чей смех заставляет меня улыбнуться, а голос проникает глубоко в меня.

Она весёлая, милая, умная и разбитая.

И я люблю в ней всё.

Не знаю, может это я сломан, потому что люблю разбитую её, но одно я знаю точно: я никогда бы не посмотрел на неё так при жизни Троя.

Она принадлежала ему со школы, но теперь моего друга нет рядом, и я не знаю, что должен с этим делать.

Я не хочу влюбляться в неё, и я потратил большую часть последних шести месяцев, пытаясь убедить себя, что это всего лишь такой период или мимолётная симпатия, которая скоро пройдёт, но каждый раз, как вижу её, я только укрепляюсь в мысли, что эти чувства вообще никуда не исчезнут.

И каждый божий день я чувствую себя немного больше виноватым, чем за день до этого.

Глава 3

Мия

Ровно в шесть часов раздаётся стук в дверь.

Не знаю, сколько раз я говорила, что ему не нужно больше стучать в дверь, но он никогда не слушает.

По правде говоря, он не делает ничего из того, что я ему говорю.

Он никогда не перестаёт помогать мне и Джо. Никогда не перестаёт баловать моего сына игрушками или прогулками. Не перестаёт помогать мне во дворе или чинить машину.

Он никогда не бросает нас и не зацикливается на своей жизни.

Хотя он слушает всё важное, что я говорю. Он слушает меня, когда мне грустно или когда я обманываю, что все в порядке. Он слушает меня, когда я говорю о Джо или своих мечтах о будущем.

Теперь он знает меня так хорошо. Он мой лучший друг.

Возможно даже знает меня лучше, чем я сама в последнее время. Прошло два года, и, если быть честной, я не знаю больше, кто я.

Для большинства людей, я вдова.

Для Джо я мама.

А для себя… Я просто не знаю.

Все мои планы на жизнь изменились. Все изменилось в ту минуту, когда погас его свет, и все погрузилось во тьму.

В единственном, в чем я была точно уверена, так это в том, что мужчина, который ждал на крыльце, будет рядом и поддержит меня в любой ситуации. Все, что мне было нужно, только попросить.

Я открываю дверь и, конечно же, вижу Люка, который ждёт с букетом цветов в руках.

— Тебе, — говорит он, пока с улыбкой протягивает их мне.

Я все ещё не знаю, почему он делает это, но это традиция, которой к этому времени почти два года, поэтому я не заморачиваюсь тем, чтобы проявить удивление, как раньше.

Люк был рядом со мной всякий раз, когда был нужен. Для него ничего никогда не казалось слишком большой просьбой или неудобством.

Он был здесь, со мной, менял пелёнки и грел бутылки, когда Джо был совсем маленьким, а я не высыпалась и пыталась справиться со всем одна.

Он был единственным, кому я доверяла держать своего малыша без присмотра долгое время.

Он прошёл со мной сквозь штормы, отключение электричества и сломанные окна.

Он всегда был здесь.

Я знаю, он думает, это Джо помог мне справиться со всем, и пока я не знаю, что бы я делала без своего сыночка, но это он держал мою голову над водой и не позволил мне утонуть.

Я многим обязана мужчине, стоящему передо мной.

Я вытягиваю руку к цветам и подношу букет к носу, чтобы вдохнуть сладкий цветочный запах.

— Они прекрасны, Люк, не стоило.