— Да, да, кажется, я помню эту часть… — я поднимаю бровь, глядя на него. — Давай вернёмся к сучке Бриттани, ладно?

Он целует меня в макушку и посмеивается.

— Должно быть, она хранила снимок долгое время и отправила его мне после смерти Троя. Я понятия не имел, что он вообще существует.

— Это было мило с её стороны, — тихо отвечаю я, снова глядя на фотографию.

— Думаю, сейчас она не такая уж и стерва.

Я хихикаю.

— Мне очень нравится это фото.

— Это самая любимая из всех моих фотографий, — просто отвечает он.

Я понимаю, почему. Это очень точное представление о том веселье, которое было у нас тогда.

— Это наша история, — говорит он, и его мысли отражают мои. — Втроём.

— Ты сделаешь мне копию?

— Я сделаю для тебя кое-что получше, — говорит он, покрывая поцелуями мою шею. — Когда-нибудь, возможно, я позволю тебе разделить этот снимок со мной.

Меня должен был бы удивить этот очевидный намёк на то, что мы будем жить вместе, но это не так. Я знаю Люка, как свои пять пальцев.

Хочу, чтобы он был рядом, насколько это возможно.

Я хочу разделить с ним свою жизнь даже больше, чем последние два года.

Единственные скелеты в его шкафу — это те, которые мы делим, и это, вероятно, не должно меня обнадёживать, но это так.

Мы будем сражаться с нашими демонами вместе.

Глава 22

Люк

Я всегда думал, что идея о том, что человек меняет кого-то любовью, является чем-то вроде отговорки, но теперь я это понимаю.

Мия во многом изменила меня, но больше всего я чувствую это за последние два дня с тех пор, как мы переспали.

Теперь мы объединены, я это чувствую.

Я знаю, что на моем лице застыла глупая ухмылка, а в глазах блеск, но мне все равно.

Я более чем счастлив, что весь мир узнает, что я влюблён, и что меня любят в ответ.

— Серьёзно, чувак, у тебя сейчас треснет лицо.

Я смотрю на Калеба и улыбаюсь ещё шире, просто чтобы ткнуть его в это носом.

Это первый день, когда он снова работает со мной.

На прошлой неделе он взял столь необходимый ему отпуск и встретился со своим отцом. Он до сих пор не разговаривает с мамой, но я не могу сказать, что виню его. Один из двух родителей — это не так уж и плохо.

Я просто надеюсь, что однажды Эверли очнётся и поймёт, что да, возможно, она потеряла одного сына, но у неё есть ещё один прямо тут, который просто ждёт, чтобы его полюбили.

— Если влюблённость выглядит так, то, думаю, что я навсегда останусь одиноким, — невозмутимо говорит он.

Я знаю, что он шутит, поскольку вижу его жалкую попытку скрыть улыбку.

У нас двоих ещё не было возможности по-настоящему поговорить.

Мия рассказала мне об их разговоре, и я беседовал с Калебом, но не один на один.

Я знаю, что должен поговорить с ним обо всем, что происходит.

— Однажды, когда ты найдёшь себе девушку, и у тебя будет такое же лицо, тебе придётся очень дорого мне отплатить. — Я посмеиваюсь.

Он качает мне головой и ухмыляется.

— У нас все хорошо, чувак? Я не хочу, чтобы между нами было что-то странное, — спрашиваю я уже серьёзным тоном.

Он уже давно у меня работает. Калеб — трудолюбивый парень, но, более того, он — друг. Мне нравится работать с ним каждый день. И не хотелось бы, чтобы он ушёл.

— Все хорошо, Люк. Мне понадобится некоторое время, чтобы привыкнуть к этому, но я вижу, как вы счастливы вместе, и это все, что я хочу.

— Я не ожидал, что это произойдёт… — я поднимаю взгляд от каркаса, который строю. — Я не ожидал, что между мной и Мией что-то случится, но я не знаю… наверное, иногда все складывается именно так.

— Просто сложно собраться с мыслями… если бы он был здесь, то не было бы тебя и Мии. Были бы Трой, Мия, Люк и кто? Есть кто-нибудь ещё, с кем бы ты был счастлив, если бы Трой был жив?

Я пожимаю плечами, потому что не знаю. Мне не хочется думать, что это был план Вселенной с самого начала, но кто я такой, чтобы подвергать сомнению то, как все происходит.

— Просто трудно принять, что это была судьба для вас троих, — говорит он, его чувства почти отражают мои мысли.