— Эй, Серко, ты чего тут застрял? — его голос звучал грубо, как скрежет камня. Но глаза тут же переметнулись на Аню. — Это кто такая?

— Вот и я пытаюсь понять, — отозвался худой, весело оскалившись. — Думаю, девочка кое-что нам недоговаривает.

Аня подняла голову, глядя прямо на них. Внутри всё кричало, что надо бежать, но она знала, что бежать сейчас — значит подписать себе приговор.

— Я никому не мешаю, — произнесла она ровным голосом, хотя внутри бушевал шторм. — Мне просто нужно добраться до города. Больше ничего.

— Видишь ли, девочка, — Серко наклонился ближе, его взгляд был масляным и настойчивым. — У нас тут свои порядки. Кто идёт с нами, тот делится. Мы не любим, когда кто-то тащит что-то ценное мимо нас.

Он похлопал по краю телеги, словно это должно было придать его словам вес, а затем хитро посмотрел на шрамолицего. Тот медленно кивнул, и Аня поняла, что это ещё не конец разговора.

— Это просто мешок, — твёрдо ответила Аня, сжимая его так, что побелели пальцы. — В нём ничего, что могло бы вас заинтересовать.

Крупный мужчина ухмыльнулся, его шрам слегка дёрнулся, делая выражение лица ещё более неприятным. Он лениво перевёл взгляд на Серко, словно ждал одобрения.

— Ничего, говоришь? Ну-ну… А мы ведь можем проверить. Правда ведь, Серко? — Он сделал шаг вперёд, но Аня, не отрывая от него взгляда, отступила, прижав мешок к себе ещё крепче.

— Никому ничего не нужно проверять, — твёрдо проговорила она, чувствуя, как в голосе появляется сталь. — Я благодарна, что меня взяли. Но я не обязана что-то отдавать.

Серко усмехнулся, его кривоватая улыбка больше походила на оскал.

Ну, отдавать — это как посмотреть… — протянул Серко, его тон был мягким, но в этой мягкости таилась опасность. Он наклонился ближе, опираясь рукой на край телеги, так что его лицо оказалось почти на одном уровне с Аниным. Его глаза прищурились, изучая её, будто она была добычей, на которую он только что накинул петлю. — Ты ведь девчонка, хоть и мелковата ещё может, другим чем поможешь?

Аня почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Его слова повисли в воздухе, словно ядовитые капли, готовые впитаться в кожу. От Серко пахло потом и кислым вином, и это усиливало её отвращение. Она стиснула мешок так, что пальцы побелели, а взгляд упал вниз, но отступать было некуда.

— Ты что, молчишь? — подался вперёд Серко, его голос звучал насмешливо, но в нём нарастало нетерпение. — Мы тут добрые, понимаешь? Приютили, довезём. А что ты нам дашь взамен? — Его улыбка была оскалом хищника, почуявшего лёгкую добычу.

Мужчина со шрамом, стоявший неподалёку, тихо хмыкнул, наблюдая за сценой с видом человека, которому явно нравится происходящее. Он не вмешивался, но его тяжёлый взгляд добавлял давящей напряжённости.

— Может, ты не такая уж бесполезная, а? — Серко выпрямился, скрестив руки на груди. Его голос стал более грубым, почти угрожающим. — Мы ведь не звери, девочка. Просто нам надо знать, что мы не зря тащим с собой лишний груз. Разве это не честно?

Его тон не предвещал ничего хорошего, и Аня ощутила, как ледяной страх пробежал по спине. Тишина между ними натянулась, как тетива, угрожая разорваться. Только далёкое ржание лошадей нарушало её.

— Что тут происходит? — голос прозвучал неожиданно. Тот самый мужчина с бородой, что согласился взять её в караван, появился из-за телег, пристально глядя на Серко и его приятеля.

— Да ничего, — буркнул шрамолицый, опуская руку. Его тон звучал так, будто он готовился выдавить что-то ещё, но подавил себя. — Просто разговор.

Главный молча оглядел их. Его взгляд был тяжёлым, как мельничный жернов, и Серко сразу нашёл, чем заняться — отодвинулся, изображая безразличие. Бородач перевёл глаза на Аню. Его лицо ничего не выражало, но в этом молчании она услышала предупреждение: "Не провоцируй их."

Мужчины отошли, но Аня видела, как их косые взгляды всё ещё цеплялись за неё, будто они прикидывали, как взять своё. Она выдохнула только тогда, когда обоз снова тронулся, а грохот колёс и стук копыт разогнали напряжение.

Сидя на телеге, Аня уставилась на пыльный тракт. Её мысли метались, как затравленные зверьки. Эти мужчины были опасны. Их подозрения и жадность она чувствовала, как ядовитую плёнку, осевшую на коже. Ей нужно было оставаться начеку. Только бы добраться до Радегоща, думала девочка.

"Только бы добраться."

Тракт жил своей обыденной жизнью. Колёса телег скрипели под тяжестью товара, торговцы переговаривались, охранники лениво поглядывали по сторонам. Аня сидела на краю одной из телег, её мысли блуждали вокруг грядущего прибытия в Радегощ. Судя по разговорам вокруг, город был уже близко, и надежда впервые за долгое время начала пробуждаться в её сердце.