Которого, разумеется, никогда не будет. Пусть Шарль решил разводиться с Мари, но он никогда не оскорбит ее вводом в семью разлучницы.

Пусть сейчас все плохо, но он не будет усугублять положение необдуманными решениями. Шарль рассчитывал, что после рождения ребенка сможет вернуть свою прежнюю жизнь.

Даже если Мари за это время обзаведется собственным ребенком.

Несмотря на то, что первоначальная злость поутихла, выплеснутая в физических упражнениях, мысли о запечатленной продолжали раздражать. Идти к ней в таком состоянии Шарль справедливо опасался, вполне допуская, что не справится с гневом при виде иномирянки. Увы, с ней придется договариваться, ведь просто присвоить ее, как одну из урожденных Танши, не получится. Шайна Миури может улететь с планеты в любой момент, и удерживать ее силой Шарлю претило.

Насилие над слабыми не было в природе кадхаи. И Шарль предпочел бы, чтобы запечатленная приняла его добровольно. Но для этого следовало успокоиться.

Поэтому Шарль решил отложить разговор с запечатленной и заняться разводом. Тоже малоприятное дело, но отношения с запечатленной он был намерен начать не раньше, чем завершится его брак.

Развод на Танше не был чем-то редким. Не поощрялся, поскольку считалось, что легкая возможность исправить ошибку при неудачном браке сделает подход к выбору спутника жизни более легкомысленным. Но и чем-то недопустимым не являлся тоже. Но обычно разрешение на развод получают у владетеля провинции, и выдать его себе самому Шарль не мог. Ему, как владетелю, предстояло получить одобрение членов Совета.

А это могло затянуться, поскольку личная жизнь не была весомой причиной для созыва Совета. Шарлю предстоял разговор с каждым из восьми остальных владетелей Танши.

Конечно, он не собирался восемь раз повторять одно и то же, а потому следовало подготовить письмо с объяснением всех обстоятельств. В идеале одобрение придет в ответ на письмо, но на это Шарль особо не рассчитывал, полагая, что если не с каждым, то с большинством предстоит отдельный разговор.

И все же письмо Шарль составил максимально информативное, надеясь тем самым ускорить процедуру.

Разослав письмо главам Бессмертных родов, Шарль попробовал вернуться к текущим делам, но произошедшее настолько выбило его из колеи, что сосредоточиться на делах он уже не смог.

От этого раздражение против запечатленной только росло, и оставалось надеяться, что сон поможет Шарлю успокоиться.

Первым чувством после пробуждения у Шарля стало удивление — где Мари? А затем пришло осознание.

Они расстались, и процедура развода уже запущена. Теперь он будет просыпаться в своей постели один, потому что запечатленную сюда не пустит.

Увы, надежда не оправдалась — гнев и раздражение, хоть и поумерились, никуда не делись. Но Шарль счел, что сумеет держать себя в руках, а откладывать разговор с запечатленной бессмысленно. Лучше все равно не станет.

Секретарь сообщил Шарлю, что Пьер вернется к своим обязанностям сопровождающего звездных гостей, как только покинет больницу, где ему предстояло провести ближайшие сутки. Шарль только поморщился. Он не видел ничего зазорного в том, чтобы воспользоваться помощью Таринхаи, если это могло помочь сэкономить время, но решение Пьера по большому счету не осуждал. Сейчас он предпочел бы не обсуждать произошедшее с родней, и потому отсутствие Пьера было ему только на руку.

Тот же секретарь уточнил для него местоположение Шайны Миури, но отправиться на встречу с ней сразу не получилось.

Ему позвонил Ляо Ривенхаи, первый, кто откликнулся на его просьбу о разводе.

Глава рода Ривенхаи был старейшим в Совете, и, хотя владетели были равны, к Ляо зачастую охотно прислушивались. Он прожил долгую жизнь, многое повидал и всегда судил обо всем взвешенно. И потому Шарлю не понравился хмурый вид собеседника.

— Ознакомился с твоим письмом, — после приветствия сообщил Ляо.

И замолчал. Пауза затянулась, так что Шарль не выдержал первым:

— И что думаешь?

— Это подозрительно, — неожиданно заявил владетель.

— Прости, что? — изумленно уставился на него Шарль.

Он видел ситуацию какой угодно, но не подозрительной. Просто стечение обстоятельств.

— Я посмотрел информацию об этой женщине. Шайна Миури, верно? Единственная молодая женщина среди наших звездных гостей. И знаешь ли ты, что она присоединилась к экспедиции буквально в последний момент?

— Нет, — вынужден был признать Шарль.

К своему стыду, он вдруг понял, что вообще ничего не знает о своей запечатленной, просто не удосужившись поискать о ней информацию. Но Шайна Миури была ему не интересна, как личность. От нее ему было нужно только тело и способность родить. Поэтому Шарль не видел необходимости узнавать что-либо об этой женщине.

— И вот, при данных условиях она каким-то образом прикасается к тебе — и оказывается твоей запечатленной, — хмуро продолжил Ляо. — Слишком много совпадений, чтобы это оказалось случайностью.